— Дин и Ирина, позвольте вручить вам наши подарки!

— Юра, зачем, я же просил не…

Дин замолк не договорив: в дверь вкатили сервировочный столик, на котором лежали шесть толстенных папок.

— Что это, Юра? — опомнилась Ирина Сергеевна.

— Вы музыканты-профессионалы, причём высокого класса. Мы с Катей решили подарить вашей семье собрание джазовых стандартов, с тысяча девятьсот десятого по тысяча девятьсот семидесятый. США, Франция, Бразилия, Советский Союз. Подлинников мало, в основном ксерокопии подлинников и первых изданий, но вы же музыканты, а не собиратели раритетов, правда?

— Боже, какой роскошный подарок! — воскликнула Ирина Сергеевна, и ухватилась за одну из папок. Спустя секунду она позвала — Дин, посмотри, это же ноты «Порги и Бесс» с собственноручными пометками великого Джорджа Гершвина!

— Всего лишь ксерокопия. — улыбнулся я — Но у нас для вас есть ещё личные подарки. Будете принимать?

— Ну конечно!

— Тогда прошу!

Официант передал мне футляр, я открыл его и протянул Ирине Сергеевне:

— Дорогая учительница! Вы блестящий мультиинструменталист, для Вас я приготовил балалайку работы самого Семёна Ивановича Налимова. К инструменту прилагаются ноты произведения, посвящённого лично Вам. А для Вас, Дин, я приготовил десять песен для нового альбома, стихи к ним написаны Диной Нурпеисовой, мы недавно специально с ней встречались ради этой работы. Английский, французский и испанский перевод выполнила Катя Траутманн. Примите ноты и тексты песен, дорогой брат. Особое внимание рекомендую обратить на песню «Шоу должно продолжаться», по-английски — Шоу маст го он.

И я протянул Дину кожаную папку.

Ирина Сергеевна хитро-прехитро глянула на меня и протянула балалайку:

— Юра, исполни эту мелодию для нас!

— Как пожелаете! — отвешиваю я церемонный поклон.

Поднимаюсь на небольшую эстраду, сажусь на табурет. Поднявшаяся со мной и вставшая рядом Катя объявляет:

— Юрий Бобров. Пьеса «Маленькая вещь», посвящение Ирине Сергеевне Коротковой-Рид. Исполняется впервые.

Съёмочная группа французского телевидения занимает позицию для своей многосложной работы. Им важно снять исполнителя, виновников торжества и гостей, причём снять нужно в выгодных, эффектных ракурсах. Мы с Катей не торопимся, позволяем людям выполнить свои обязанности.

Обнимаю балалайку и начинаю плести тончайшее кружево мелодии, а Катя вынула из рукава флейту и тихо-тихо сопровождает основную линию. Они оттеняет музыкальные штрихи, делая их объёмнее, полнее, ярче. Эту пьесу мы репетировали все оставшиеся до свадьбы дни, и кажется, стало немножко получаться. Вообще-то «Маленькая вещь» написана для балалайки, причём именно для сольного исполнения, но… Катя так хотела поучаствовать, что я быстренько сдался.