Спустившись со сцены, мы попали в объятия Ирины Сергеевны:

— Спасибо, ребята! Это было чудесно! — и расцеловала нас в щёки.

Потом повернулась ко мне, утерла слезинки и погрозила пальцем:

— Юрочка, ты всё-таки негодяй, провокатор и великий насмешник!

— Что такое, Ирина Сергеевна?

— Ты же знаешь, что я классический музыкант, а классические музыканты враждуют с народниками. И что же ты сотворил? Даришь мне народный инструмент и демонстрируешь произведение невероятной сложности и красоты! Каково? И какой я буду музыкант, если не возьмусь в полной мере раскрыть возможности этого инструмента и этого произведения?

— Трудитесь, дорогая учительница, и будет Вам счастье. — отвечаю я отдавая ей инструмент — Я могу ответить только так. А если серьёзно, то я верю в Вас, в Ваш талант, и Вашу душу.

Застолье, тосты, танцы… Свадьбы идёт своим чередом. Натанцевавшись, мы с Катей отправились в курительную комнату, где нас тут же отыскали Дин с Ириной, а с ними два мужчины: молодой и старый.

Встаём.

— Юра, Катя, я хочу познакомить вас со своими друзьями.

— Я знаком с твоими друзьями, дорогой брат. Правда заочно. Кто не знает Эрнста Буша? Стальной Голос Революции, великий актер, несгибаемый человек и настоящий большевик! А Карел Готт пока просто Золотой Голос Европы. Свои титулы Карел, как мне кажется, Вы заслужите позднее. Для меня величайшая честь познакомиться с вами, товарищи!

— После того что сказал Юрий, — говорит Катя — мне остаётся добавить, что о такой встрече я мечтала давно.

— Друзья мои, давайте перейдём на «ты». — на правах старшего предложил Эрнст Буш. По-русски он говорит неплохо, хотя и с сильным акцентом — Признаться, я попросил Дина познакомить с тобой, поскольку твоя история интересна. Правда ли, что ты с точностью до пфеннига отдавал свои заработки, пока учился в школе?

— Да, правда. Но что в этом особенного? Если честно, то я считаю несправедливой существующую систему оплаты труда. Почему художники или артисты получают за свой труд гораздо больше, чем рабочие и крестьяне, чей труд многократно тяжелее? Это нечестно. Но ломать существующую систему я не вправе, да это, наверное, и не нужно. Зато я могу применить свои идеи к себе самому.

— О, да ты, Юрий, настоящий идеалист! Я готов признать твою правоту, но жизнь слишком сложна. — поощрительно улыбается Карел Готт.

— И я разделяю твои идеалы. — кивает Эрнст Буш — Но действительно, сложившуюся систему ломать пока рано.

Приятно общаться с такими замечательными людьми. Мы обменялись адресами и телефонами для связи: такие знакомства необходимо поддерживать.