— Я тебя понял. Умные, талантливые, целеустремлённые. Перспективные. Да, есть.

— Учти, что и ты очень перспективный студент. Второй курс, а твои статьи уже печатают в университетском сборнике.

— Это не то. Бог с ними, с девушками. Юрий, у меня ощущение, что я занялся второстепенным делом, и вместо реальной борьбы учусь перекладывать бумажки.

— Серёга, скажи мне, кто важнее: командир батальона, взявший могучее вражеское укрепление, или офицер штаба дивизии, который разработал эту операцию, и передал комбату на исполнение?

— Непростой вопрос.

— Вот то-то! Ты, так уж распорядилась судьба, из строевой службы перешёл в штабную. Ты должен изменить своё мышление, несколько абстрагироваться от реальности, поскольку твоя забота — стратегия. Однако нужды простых бойцов, ты должен знать и учитывать.

— Да, я до сих пор был рядовым бойцом.

Сергей задумался, а я снова принюхался к папиросе. Потом повел перед носом бокал. Восторг! Посмотрев на меня, Сергей тоже плеснул себе коньяку и вытащил папиросу. Какое-то время он невнятно возился с ними, а потом как-то разом расслабился, обмяк на стуле.

— Юра, это кайф!

— Меня один хороший человек научил, спасибо ему. Бери на вооружение, пригодится.

Помолчали. За окном ночь потихоньку переходит в утро, сквозь форточку доносится отдалённый шум. На нашей кухне зажжен только один светильник в углу, и мы сидим в приятном полумраке.

— Я всё хотел тебя спросить, но не решался.

— Спрашивай.

— Ты очень строго относишься к отстающим по учёбе. Нет, не строго, а злобно. Хотя не ко всем отстающим, а только к лентяям. Если кто плохо соображает, но старается, ты помогаешь изо всех сил, но вот тех, кто просто балбесничает, ты готов сожрать. Почему?

— Ты знаешь притчу о талантах?

— Это о деньгах, которые один закопал, а другой пустил в оборот?

— Именно о них.

— При чём тут таланты?

— Начну немного издалека. У балбесов и лентяев есть шикарная отговорка: мол, Пушкин и Эйнштейн в школе учились, мягко говоря, посредственно, но это не помешало им стать великими. Но лентяи и балбесы забывают, что по своим профильным предметам упомянутые мужи всегда были лучшими из лучших. Так Пушкин имел исключительно высшие оценки по словесности, а Эйнштейн — по математике и физике. То есть, из недобросовестных студентов получатся весьма посредственные специалисты, а вовсе не Эйнштейны. Так?

— Так.