Нейт откладывает реферат и задает еще один вопрос. Ответ оказывается интересным.

Оливер Смит никогда не пользовался кинесическим ассистентом в личных делах.

Инспектор допускает, что это не значит, что он им не воспользовался при разговоре с ней. Но интуиция подсказывает другое.

Он хотел что-то скрыть, и это что-то имеет прямое отношение к делу Дианы Хантер.

Она корпит над его биографией, заваривает себе еще кофе. В какой-то момент, глядя на схему дела, которая теперь висит на стене напротив кровати, Нейт вынуждена признать: даже самый бурный день расследования должен рано или поздно закончиться. И если ее сны принадлежат Диане Хантер, что ж, смена вида деятельности — тоже отдых.

Лишь на пороге сна она понимает, что Оливер Смит даже больший лгун, чем ей казалось.

«Упритесь палкой в снег, — говорит тот же голос, богатый, убедительный, упивающийся собственным звуком. — Или так уже не делают на современных параболических лыжах?»

Она смотрит на потолок темной комнаты.

Черт подери. Это он допрашивал Диану Хантер. Это он.

Я дам вам контрнарратив

Я дам вам контрнарратив

У вселенной рак.

Крошечная, чудовищно смертоносная опухоль, которую невозможно вырезать. В будущем опухоль разрастется, вгрызется во вселенную и больше ничего не останется, а потом рак станет вселенной, но нас в ней уже не будет. Мы умрем, и, по сути, мы даже никогда не существовали, потому что рак проглотит время и растворит его, и все существовавшее в этой вселенной перестанет существовать, даже как факт истории.

Есть в этом некая справедливость, потому что именно это сделала наша вселенная с предыдущей, чтобы родиться: пожрала ее, хотя на самом деле так нельзя сказать, поскольку что бы тут ни было прежде, его никогда не существовало, и даже не было такого места, как «тут».

Такой каннибализм можно увидеть всюду в космосе, в любом масштабе — от звезд до микробов: новая жизнь пожирает родительскую. Есть вид пауков, в котором происходит фактически то же самое. Это вполне обычное событие в цикле жизни вселенной, но, разумеется, неприятно, когда именно твоей вселенной предстоит исчезнуть, и мне даже плевать, если следующая вселенная окажется просто раем, где все будут счастливы и не будет ни боли, ни зла. Мне плевать, если следующая вселенная станет идеальной, а эта была отвратительной и уродливой, если другие вселенные в своих чистеньких кармашках реальности обходят ее десятой дорогой, потому что она сама с собой разговаривает и воняет. Мне плевать, если вселенная моего рождения — прокаженная, а следующая будет Христом. В жопу следующую вселенную. Просто в жопу. Она мне не нравится, и я ее убью.