– Теперь я готова.

Сначала не происходит ничего, только в пальцах пробегают мурашки. Потом пол натягивается, словно где-то под ним просыпается некое огромное существо. Давление в моей голове нарастает и нарастает, а потом лопается. Когда я открываю глаза, в центре круга что-то торчит. Рукоять, многоцветная, знакомый предмет, полный желания и страшных воспоминаний.

Когда я в прошлый раз извлекала Экскалибур из его укрытия, я отдала силу Мидрауту и лишилась собственного Иммрала. И стала причиной смерти Андрасты. Но тогда ведь я получала предостережение: все мое тело приказывало бежать от искушения, сообщая, что мне оно не по силам. Но не в этот раз. Теперь мое тело твердит мне, что я вправе.

– Ты можешь, Ферн, – говорит Олли.

– Знаю, – отвечаю я.

Я берусь за рукоять меча и сжимаю, впитывая силу, которую ощущаю в нем, ожидая, когда она высвободится. Я оглядываюсь на Олли.

– Дай мне руку, – прошу я.

– Что? Нет, он меня покалечит!

– Не станет, – говорю я. – Я не позволю.

Я берусь за одну сторону эфеса, Олли – за другую, и мы вместе, как тому и должно быть, вытягиваем меч из камня, точно нож из меда.

50

50

Пока сила Экскалибура течет по моим рукам, я борюсь с ней, стараясь подчинить. Иммрал Артура сопротивляется, отчаянно стараясь направить меч на темные цели. Но на этот раз вместо того, чтобы истощить собственную силу, я могу использовать энергию меча в своих интересах. Точно так же, как с Круглыми столами в прошлом году, я укрощаю ее, пока она не склоняется перед моей волей. Никогда до этого момента я не чувствовала полной силы завершенного Иммрала. Я словно впервые соразмерила свой Иммрал с Иммралом Артура и обнаружила, что могу склонить баланс в свою пользу. Это опьяняет.

Я укрощаю Экскалибур, посылая приказ в глубину его металла. Сила меча пульсирует во мне, создавая приливные волны Иммрала, которые трещат, как молнии по булыжнику. Держа рукоять обеими руками, я представляю возрожденный Тинтагель, его мощные стены не допускают вражеского вторжения. Я представляю конюшни и Круглый стол, они снова целы. Меч повинуется, но это требует платы. Инспайры внутри меня сплетаются вокруг Иммрала – это некий стержень воображения и силы. Я посылаю в меч свои воспоминания, насыщая его пищей, доселе ему неведомой. Этот меч был создан для разрушения, как любое оружие. Поначалу он сопротивляется моим приказам, он кажется ржавым и неповоротливым. Но когда я пробуждаю силу фей, дремлющую глубоко в металле, меч начинает согреваться и откликаться. Я напитываю его отвагой Пака, вкладываю в него терпение Нимуэ…