— Да, ваше величество, — кивнул Доваль. — Будет сделано.

— Хорошо, что вы меня поняли. Свободны.

В это время в комнате, где остались только тану с братом, царила давящая атмосфера.

— Зачем ты это сделал? — спросил Альтариэн. — Мы лишились одарённого. Для нас подобные потери невосполнимы. Стоило оно того? С каких пор тебя интересуют чужие преступники?

— Стоило. Это люди. Переменчивые, не способные на постоянство. Один поступок или одно событие может полностью сломать человека и сделать из него что-то новое. Видят Сёстры, мне в какой-то степени приятно иметь дело с Варином, но… он Раслинг. Кровь от крови своего отца и деда. Я хотел быть уверен, что подписываю договор с тем, с кем до́лжно. Один одарённый — не цена за такое знание. А сборщик податей — лишь предлог.

— И это говорит тот, кого все считают самым набожным существом Рахидэтели, — усмехнулся герцог.

— Мне ещё предстоит замолить этот грех. Преданность богам не отменяет государева бремени.

— Мне кажется, что ты слишком предвзято стал относиться к амелуту. В конце концов, и нас меняют события, закаляют характер, делают сильнее.

— Но у нас есть время их осмыслить, прочувствовать и поступить правильно. Люди же вынуждены распоряжаться жизнью так, словно она — одна из азартных игр, которые у них так популярны среди знати. Они мгновенно принимают решения и начинают действовать. Варин Раслинг — не исключение. В своём безумстве некоторые доходят до того, чтобы отречься от божественного покровительства. Дед короля или этот Шукар тому подтверждение. Я хотел быть уверен.

— Но ведь в итоге он сумел промолчать под заклятьем. Ты не узнал ничего нового. А сам шёл на огромный риск.

— Показательно. Души, которые не имеют стержня совести или долга, и мгновения не простоят под «Пыткой». Думаешь, я не понимаю, что он испачкан убийствами и грязными делами, что у него руки по локоть в крови? Ещё как понимаю! Ведь я такой же. Мы волочём один груз. Это действо лишь показало, что в нём ещё достаточно того, что они зовут «человечностью».

— И всё же я бы не стал так разбрасываться одарёнными, имея в соседях армию, на треть состоящую из них, и рисковать собственными тайнами. Но что сделано, то сделано. Кстати, как тебе его идея с исследованием чужих земель?

— Я полностью с ним солидарен, но… вмешиваться в судьбу существа, находящегося под опекой Великой Матери, не стану. А вот проследить нужно обязательно. Только осторожно, я уверен, что король приставит к ней своих людей, не нужно вызывать их пристального внимания.

— Согласен. И, брат… я вижу, что тебя что-то гнетёт последнее время, хотя договор подписан.