Под руководством железяки создаю виртуальную копию интерфейса и авторизую в ней сотрудницу полиции.

"Привет. Как тебя пустили?!".

— Сказал правильные слова, поделился деньгами на ресепшн. Как ты, не спрашиваю — уже всё прочёл отсюда, — киваю на голографический экран у кровати.

Сердца у Светланы по-прежнему нет, но вместо него есть чудо техники будущего — внешняя мембрана. Видимо, вон тот ящик на тумбочке.

Если верить показаниям её лечащего врача (точнее, ответам на них из здешней "восстановительной хирургии"), здоровым сердцем она обзаведётся в течение следующих суток.

— А у тебя всё не так плохо, — присвистываю, дочитав до конца. — Поздравляю.

"Спасибо, что помог. Без тебя я бы не выжила. Я оценила. Говори, что случилось и что требуется".

— Как поняла? — на мгновение затылок и спину простреливает неприятный холодок.

Неужели она видит меня глубже, чем планировалось? Или не сработала защита? Вроде ж только усилил вдобавок к родным талантам.

"Я следователь! 🙄🙄🙄 Ты б не пришёл сегодня, если бы не острые проблемы. Что-то с Вавилоном?".

— Да. Вначале приходила в гости безопасность, некто Николай Трепов. Потом припёрся тип из одного интересного Бюро. Слово за слово, полез амнезировать. — Выгружаю в чат полную запись беседы с конституционалом в своём кабинете.

Фролова отсматривает её на повышенной скорости за пару секунд:

"Что за блок он у тебя искал? Утром приходили тоже из-за этого?".

— Я обязательно тебе скажу, но позже и не здесь. Погоди, это не всё.

Догружаю фрагмент следующей беседы в лесу, где конституционал под амобарбиталом рассказывает о неизбежной конфискации клуба в пользу бывшей супруги. В обход законодательства.

"Так. Мы с тобой партнёры по Вавилону?".

— Да. Я поэтому к тебе и пришёл.

"Ты дикий? Отвечать честно!".

— С чего взяла? — добросовестно удивляюсь. — Безопасность, кстати, тоже повестку на ментоскопию выдала, — добавляю. — И скрининг второсортным на ментал скоро по графику.

"Ты же собираешься сбежать. И не собираешься идти на эти процедуры", — она не спрашивает, а утверждает, спокойно глядя мне в глаза.