Впрочем, иные из присутствовавших лиц имели право воспользоваться привилегией затевать бои вне всякой очереди. О таком праве, в частности, к удивлению всех, тут же заявил магистр тамплиеров. Погарцевав по арене, он приказал глашатаю объявить имя своего противника.

К новому удивлению публики, глашатай объявил:

— Сэр Линтул Зорох Шлосс! Орден Бегущей Звезды! Боевым копьём!

— Вот ведь незадача, — сказал сэр Бертран, — вот ведь негодяй! Но ничего не поделаешь… Леонтий, ты помнишь наш урок? Помнишь, что я тебе сказал тогда? Тогда с Богом! Иди! Я буду молиться за тебя!

Кьяри и прочие их оруженосцы помогли застегнуть ремешки тяжёлого шлема.

Чертыхаясь про себя, сэр Линтул пришпорил тяжелого и флегматичного Борея. Конь, не привыкший торопиться, шёл как-то туго, в то время как противник в чёрных доспехах, верхом на изящном испанском скакуне уже пребывал на том краю ристалища, гарцевал и склонил копьё.

Ристалища того времени ещё не имели предохранительных барьеров, когда рыцари смогли выбирать как именно сражаться — щит в щит или копьё в копье. Свобода эта нынешняя давала широкое пространство для маневров.

"Интересно, куда он нацелится? В туловище? Это считается позорным. В щит? Ну да, ну да… В шлем?.. Н-да, хорошо бы прикрыть личико. Да-да, не забыть. И пускай копьё моё бьёт вслепую! Чего он, в конце концов, желает? Убить меня? Но я этой ночью узнал, и слава Богу: смерть ничуть не страшнее жизни…"

— Вы готовы, сэр рыцарь? — спросил герольд. — Готовы? Вперёд!

"У него — наглость, самоуверенность, набор приёмов и скорость. Так, что у меня? Конь, что ползёт как черепаха… Как там в айкидо? Не сопротивляйся силе, но слейся с нею, стань с нею одним целым. Пускай события идут как бы помимо тебя. И ты дождёшься своей победы…"

В его распоряжении было две-три секунды. Дюплесси, тяжёлый и многоопытный, нёсся на него как танк, низко пригнувшись в седле, выставив овальный щит с изображением черепа, увенчанного лавровым венком, прикрывавший всю его фигуру за исключением прорези шлема. Леонтий, по неопытности, был открыт фактически весь, да и Борей, при всём желании всадника, шёл лишь лёгкой рысью…

"Так, его копьё… ах, сволочи, значит они такое допускают… длиннее моего по крайней мере на полметра, значит, он коснётся меня раньше. Хорошо, тогда, в этом случае, после момента проскальзывания, на долю секунды он будет весь в моём распоряжении. Этот миг сознанием, конечно, не уловишь… Отключи разум, Леонтий!.."

— Эй, воин! Щитом прикройся! — напомнили из рядов, окаймлявших арену…

— Да что ты ему кричишь, не видишь — он пьян как свинопас! десять против одного, что… — и далее он не успел расслышать, потому что Борей, вдруг догадавшись, чего ожидает от него хозяин, рванул вперёд с удесятерённой скоростью…