— Далее, — устало бросил Даурадес.

— Не спешите. Далее… у меня с собой известие, которое касается непосредственно вас, господин генерал. Вы разрешите? — и Курада достал из пристегнутой к поясу маленькой дорожной сумочки небольшой пергаментный свиток.

— Этот свёрточек я отобрал у одного нашего общего знакомого. Знаете, откровенно говоря, я тоже недолюбливаю воинственных служителей церкви Святого Икавуша. Этот колчерукий мерзавец, оказывается, не только шпионил за мной, но и получил заказ на убийство… знаете, кого? Вас, господин генерал.

— Подумаешь, новость…

— Не спешите, не спешите.

Курада развернул старый пергамент.

— Видите надпись? Здесь, древними сакральными письменами начертано ваше имя: "Даурадес"…

— Моё имя Маркон.

— Ну, ваша фамилия… А вот это… вот это было завернуто внутри.

"Это" — представляло собой крошечную куколку, грубовато слепленную из чёрного воска. Голову фигурки украшал жестяной шлемик, а в районе груди торчало несколько тонких иголочек.

— Я не верю в магию, — поднимаясь из кресла, промолвил Даурадес. — Дайте мне эти игрушки!

— Что вы делаете! Осторожнее! Не делайте этого, ни в коем случае не делайте! — вскричал Курада, он же отец Салаим, он же Аберс Ник.

Но было поздно. Тлеющие в очаге бумаги ярко вспыхнули, когда на них закапал расплавленный воск. Мерзко зашипел пергамент, завернулся и тоже вспыхнул.

Туда же, в огонь, полетела брошюрка "Организация…".

— Ну и что? — спросил Даурадес. — Стою, смотрю, как оно воняет.

— Я — Маркон Даурадес, — добавил он. — Я Маркон Железная Лапа. И я сам знаю, что мне делать и чего не делать.

— Вы… вы, по-моему, выбрали не лучший путь… — Курада, судя по его виду, и в самом деле был не на шутку испуган. — Откровенно говоря, наверное, следовало вначале показать эти вещи какому-нибудь специалисту… Хотя, с другой стороны, — видя, что до сих пор ничего страшного для него не произошло, приободрился он, — быть может, вам лучше знать…

— Я хотел ещё сообщить, — окончательно овладев собой, продолжал он, — что вашего, а теперь — и моего врага более нет в живых. Узнав, что его тайна раскрыта, он принял яд…

А ведь ты сказал мне далеко не всё, подумал Даурадес. С каждым твоим сообщением я вижу у тебя в глазах тот же тоскливый вопрос. Ты так жаждешь, чтобы тебя поняли и пожалели! Кого поняли и пожалели? Тебя? Или маленького испуганного человечка, что сидит у тебя внутри?