— Я не могу сказать, почему Челси решила, что свободы не будет, — серьезно сказал он. — Я не могу нарушить ее доверие, да и сам всего не знаю. Но я могу сказать, что она делает это по серьезной причине. Я видел, как Челси билась с духом-охотником на драконов в сто раз больше нее, не дрогнув, но то, чем Бетезда давит на нее, чтобы она слушалась, пугает ее, и я уважаю ее оценку. Никто не ненавидит Бетезду больше Челси. И если она не вырвалась, на то есть повод, но Челси не понимает, что это уже другой клан. У Бетезды больше нет власти. У нас есть. Такой была цель с самого начала, и теперь мы вот-вот получим полный Совет, и меня уже не будут сдерживать старые угрозы. Я сказал тебе вчера, что я освобожу тебя, и я сдержу это обещание. Как только голосование пройдет, и Совет будет полным, я подниму вопрос об освобождении тебя, твоей родни и Челси. Если у Бетезды с этим проблемы, мы разберемся, но она уже не определяет наше будущее.

Обещание было безрассудным, но Джулиус говорил от сердца. Он не знал, как собирался разобраться с проблемой, но Иен и весь клан хотели, чтобы Челси перестала нависать над ними, так что он мог найти рычаг, чтобы убедить его мать молчать. Вряд ли это будет сложно. Ему нужно было продумать ситуацию, чтобы сохранение тайны Челси было для Бетезды выгоднее, чем ее раскрытие, и ее эгоизм закончит дело. Но, хоть его радовало это решение, это не могло сравниться с радостью в глазах Фредрика.

— Вы серьёзно? — спросил он, его обычно строгий голос дрожал.

— Абсолютно, — Джулиус постучал ладонью по груди Фредрика там, где была печать Бетезды на драконах Ф. — Я освобожу тебя. Всех вас. Как только Совет будет избран, это будет сделано.

Обещание было очень безрассудным. Он все еще был одним из троих, но Джулиус все равно собирался сдержать слово. Он это сделает. Судя по его лицу, Фредрик верил в это.

— Тогда мы с вами, сэр, — прошептал он, сжимая перебинтованную ладонь Джулиус. — Все мы. Что бы ни было нужно, если это в наших силах, это ваше.

— Я буду рад, если ты просто пообещаешь скрыть это от Челси, — сказал Джулиус с нервной улыбкой. — Она долго в этом. Вряд ли она хорошо воспримет попытки перемен.

Фредрик кивнул.

— Это ясно. Она восхитительно скрывает это, но она все еще старый дракон. Они так легко не меняются.

Джулиусу пришлось рассмеяться.

— Тебе шестьсот лет. Это делает и тебя старым драконом.

— Верно, — Фредрик встал. — Но, в отличие от Челси, мы не сдаемся. Мы ждали этого шанса все наши жизни. Кстати…

Он повернулся и прошел к двери, высунул голову, тихо заговорил с кем-то, ждущим снаружи. Через секунду он вернулся с подносом еды, заставленным так сильно, что Джулиус не знал, как он протиснулся в дверь.