Марси нахмурилась. Глупо, что она даже не подумала о духах до вопроса Ворона. Она всегда думала, что голубка Боба была просто птицей. Она бы не сказала это при нем, но Боб казался Марси одиноким драконом. Выведение нового вида умного и волшебного голубя как питомца казалось ей подходящим для него занятием. Но Ворон не спрашивал бы ее, если бы голубь Боба был просто птицей, так что, если голубка была не зверем и не духом, то кем?

— Ты назвал ее Безымянным Концом.

— Да? — невинно каркнул дух. — Не припоминаю…

— Я помню, — сказала она. — Ты это сделал. Ты сказал, что она — Безымянный Конец, и что нам нужно бежать. Почему? Понятно, что название «Безымянный Конец» добра не обещает, но насколько все плохо?

— Ты — очень любопытная смертная, — буркнул Ворон. — Обычно мне это нравится, но любопытство убивает не только котов. Учитывая состояние твоего кота, я бы не давил.

— Не трогай Призрака, — Марси прижала ближе тонкую связь с бедным угасшим духом. — Это ты поднял тему. Я все время вижу Боба. Если он ходит с чем-то опасным, я хочу знать.

— Будто быть близко к величайшему пророку в истории драконов в этом измерении недостаточно опасно, — буркнул Ворон, закатив глаза. — Ты не хочешь задать другой запрещенный вопрос? Я могу рассказать тебе о Мерлинах, какими они были раньше.

Это манило, и Марси чуть не согласилась на смену темы, но сдержалась. Ей не нужно быть драконом, чтобы знать, что Боб был теневой рукой за подъемом Джулиуса. Он был силой, толкающей все это, и если он был вместе с чем-то зловещим, это могло стать их проблемой.

— Нет, я не хочу задать другой вопрос, — твердо сказала она. — Я хочу знать, что это за Безымянный Конец, и я хочу знать, почему ты этого испугался. Смысл этой затеи в том, что я могу быть Мерлином, а Мерлины — достаточно сильные маги, чтобы защитить людей от серьезных проблем. Если это так, тогда то, что пугает тебя, считается тем, о чем должен знать первый Мерлин.

— Ты еще не Мерлин, — напомнил ей Ворон. — Но ты права.

Он выглянул из-за сидения на генерала Джексона. Она сидела впереди, махала руками среди гор невидимых экранов ДР. Через ряд напротив нее сидел Мирон, завалил стол бумагами и писал что-то, при этом гневно говоря по телефону на немецком.

Когда стало ясно, что они не обращают на них двоих внимания, Ворон хлопнул крыльями и прыгнул на колено Марси.

— Хорошо, возможно Мерлин, — прошептал он, глядя на нее мудрыми черными глазами. — Ты хочешь знать о Безымянных Концах? Вот, что я могу тебе рассказать.

Он притих, и Марси склонилась, прислушавшись, ждала его слова.