Пока старший капитан приближался к ним широкими шагами, Ба’киф вглядывался в его лицо, раздумывая, застало ли его врасплох присутствие командира. Если Траун и был удивлен, то виду не подал.

– Патриарх Ламиов, – начал приветствие Траун, поочередно кивая каждому из них. – Верховный генерал Ба’киф. Благодарю, что нашли возможность встретиться со мной.

– Ваш запрос к иному не располагал, – заметил Ламиов.

– Да, приношу извинения, если мое сообщение было слишком категоричным, – сказал Траун. – Но дело весьма срочное, и я до сих пор не знаю, на какой временной люфт можно рассчитывать.

– Извинения приняты, – кивнул патриарх. – Расскажите, что от нас требуется.

– Мне нужен образец из хранилища номер четыре, – пояснил Траун. – Я знаю, что согласно политике ОИГ артефакты инородцев не должны покидать владения семьи Стайбла…

– Скажите сразу, что вам нужно, – оборвал его Ламиов.

– И зачем, – добавил Ба’киф.

– Я считаю, что Джикстас – агент вражеских сил, которые стремятся завоевать эту часть Хаоса, – сказал Траун. – А может, даже весь Хаос. Кроме того, я полагаю, что он держит где-то неподалеку флот, который в любой момент может выступить против Доминации. – Казалось, он мысленно себя подбодрил. – Я хочу вовлечь его в схватку до того, как он начнет наступление.

– И тем самым нарушить четкие указания Синдикуры, – пробормотал Ба’киф.

– Если это необходимо.

Ламиов щелкнул пальцами в приглашающем жесте.

– Расскажите все по порядку.

Они без единой реплики выслушали план Трауна… и по мере его рассказа Ба’киф ощущал, как по всему организму расползается леденящая тревога. Он без конца повторял себе, что это безумие, и с каждой озвученной Трауном деталью щемящий холод все сильнее сковывал сердце.

Закончив излагать свой план, Траун застыл на месте в ожидании их вердикта.

Ба’киф украдкой покосился на Ламиова, но тот, казалось, был полностью поглощен созерцанием Трауна.

Генерал ждал, предоставив патриарху первым нарушить молчание.

Наконец Ламиов стряхнул ступор.

– Итак, – произнес он голосом столь же бесцветным, как и пустота в сердце Ба’кифа. – Восход.

– Восход, – подтвердил Траун.