А потом бугай вдруг ощутил, что его рука слабеет. Он посмотрел на своё мускулистое предплечье с недоумением. Его мускулы, укреплённые стероидами и тяжеленным железом, вдруг начали превращаться в кисель.

— Что за… — начал он.

И вдруг заметил серебристые нити, идущие из-под воротника Лизы к его руке. Его глаза расширились в недоумении, а потом в страхе. Он перевёл взгляд к её ногам и увидел нити травы, держащие её на месте.

Бугай взревел и дёрнул Лизу, пытаясь оторвать её от травы.

Его рука ослабла и ноги вдруг подогнулись.

Лиза снова почти выскользнула из его хватки.

Рукой с пистолетом, прижатой к шее девушки, он машинально попытался перехватить Лизу.

И его палец прижал спусковой крючок.

Глухо хлопнул выстрел.

Шея Лизы чуть дёрнулась.

Бугай покачнулся, и спиной опёрся на бок «Хаммера». Его глаза затуманились, а руки дрожали. Лиза выскользнула из его хватки. Редкие серебристые нити между ней и рукой бугая лопнули и обмякшая девушка упала на асфальт.

Из раны на её шее хлестала алая кровь.

Серебристые нити вышли из отверстия и сплелись, закрывая рану.

Бугай, покачиваясь, смотрел на свои дрожащие руки. Его рот был открыт в непонимании и изумлении.

Полицейские подбежали к нему с боков, выдрали из слабеющих рук пистолет, и завалили на асфальт.

Туманным взглядом бугай смотрел на расслабленное лицо девочки, лежащей перед ним.

В её глазах плыли и колыхались серебристо-зелёные пятна.

Зачем всё это

Зачем всё это

У реки стоял красивый двухэтажный особняк из дерева. Он был огорожен невысокой оградой, не мешающей, впрочем, любоваться природой из окон.