– Жалею? – Сиори прерывисто вздохнула. Хотелось плакать, но слезы не приходили. – Я жила своей жизнью. Учительница в младшей школе – не ахти что, но все-таки у меня была семья – муж и дочь, и мы любили друг друга. Шесть лет! Они, наверное, меня уже и забыли.

– Не стоит слишком много думать о старой жизни. Она – в прошлом. Важны лишь настоящее и будущее.

– Виртуальность… Мы ведь в виртуальности, да, госпожа Канса?

– Да. Но для детей в Академии это единственная реальность, которую они знают. Ты нужна им.

– Я знаю. Я не собираюсь сбегать, госпожа Канса. Мне действительно нужно полежать пару часов, чтобы прийти в себя. Потом я постараюсь собраться и заняться делом.

– Боюсь, ты излишне оптимистична. Я не выпущу тебя из постели еще минимум сутки, – решительно заявила вошедшая в поле зрения Клия. – Да и потом тебе еще придется координацию тела восстанавливать.

Клия. Теперь Сиори гораздо лучше понимала, что она такое. Искин, хотя и совсем не такой, к каким она привыкла. И многое в ее поведении теперь видится иначе. Теперь понятно, как она могла проводить бессонные ночи у постелей заболевших кадетов, а потом, свежая и улыбчивая, идти на утренние лекции. Искин поддержки – да какая разница? Не собирается Сиори разбираться, разумна ли на самом деле директор медслужбы или же просто запрограммирована так хорошо. Главное, что они в одной команде.

Тоска прошлого вечера на мгновение всплыла в сердце – и тут же растаяла под приливом мощной волны стыда. Как она могла так расклеиться? Время для воспоминаний и сожалений еще придет, но сейчас ей некогда. Ей следует собраться и восстановиться как можно быстрее. Ведь другие рассчитывают на нее.

– Ну, как наша болящая? – весело спросил Май, влетая в комнату. – Мне тут Бо сообщила, что все сломалось окончательно. Каси, признавайся, много напортачила?

– Лика, я сейчас в тебя брошу чем-нибудь тяжелым, – пригрозила Канса. – Все нормально прошло. Момбан сообщил, что степень восстановления личности пять девяток, прогноз двух нулей – не позже двух-трех недель.

– Замечательно! – просиял Май. – Сира! Если ты в порядке, кончай симулировать и вылазь из постели. Исука еще ночью проснулась, у нее все куда легче прошло, чем у тебя. Она жаждет с тобой поболтать и сравнить воспоминания.

– Иса… А Грампа? Ее тоже будили?

– Нет, конечно. Я с ней пообщался, и она согласилась, что превратить в инвалидов, пусть и временно, двоих из шести воспитателей и то многовато. И у нее степень восстановления личности не более сорока процентов, ей вообще толком проснуться не удастся в разумные сроки. Форсирование сатори ей только психику покалечит. Так что она остается на положении человека, свято верящего в происходящее.