– Он уже здесь?

– Да.

– Тогда нам остается только встретиться с ним.

Рэнна покрепче прижала к себе куклу и быстро взбежала на второй этаж. Даже ее движения изменились: из угловато-размашистых детских превратились в грациозно-скользящие, как у опытной гимнастки. У Хины опять по спине побежали мурашки. Точно так же, как и тогда, в Центре, когда она переваливалась из сетки в сетку между этажами. Но в ее возрасте такое просто невозможно! Никакие тренировки не в состоянии разработать у ребенка мелкую мышечную моторику, которая может развиться только сама, с течением времени. Однако же вот она, Рэнна. Вся здесь. И совершенно реальна.

На верхней площадке девочка остановилась.

– Где он, госпожа Хина?

– В воспитательской. – Хина поднялась вслед за ней, перепрыгивая через ступеньку.

– Госпожа Хина, – девочка повернулась и пошла по коридору мимо входов в спальни. – Могу я нижайше попросить тебя об одолжении?

– Да?

– Я крайне извиняюсь перед тобой за допускаемую неучтивость и не могу найти слов для оправданий своей невежливости. Но не могла бы ты подождать в коридоре во время разговора, если я попрошу? Возможно, мне потребуется пообщаться с ним один на один.

– Рэнна, не слишком-то благоразумно оставлять тебя в комнате одну с незнакомым посторонним мужчиной.

– Я сильный девиант, госпожа Хина, – в голосе девочки мелькнули иронические нотки. – Я могу разнести бетонную стену своими манипуляторами. Если он сможет мне повредить, то уж ты точно ничем не поможешь. И потом, я всегда могу закричать.

Они дошли до середины коридора и остановились перед входом в воспитательскую.

– Я подумаю, – ответила Хина, чувствуя, что мурашки вдоль хребта бегают уже стадами.

Странно: она всей кожей, словно электрическое поле от шерстяного свитера, чувствовала необычность происходящего. И нервы у нее натянулись куда сильнее, чем следовало ожидать от простого разговора с чиновником, пусть и столичным. Однако опасности и страха она не ощущала. Скорее, странное предвкушение. Словно сейчас вот-вот все разъяснится от начала и до конца. Дурацкое чувство, разумеется. Она потянула дверь, пропустила перед собой девочку и вошла вслед за ней.

Навстречу им поднялся невысокий мужчина лет пятидесяти. Длинные залысины, старомодные очки в стальной оправе, заношенный темный костюм, лоснящийся на локтях. Типичная канцелярская крыса, давно наплевавшая на свою внешность.

– Добрый день, – напряженно сказал он. – Меня зовут Сара Каамон. Я директор младшешкольного сектора Службы контроля особых способностей. Ты – Рэнна, госпожа? Ах, да, что же это я. Конечно. Я же видел твою фотографию. Рад знакомству.