– То есть бомба – ваша? Кара, тогда у вас концы с концами не сходятся.

– То есть?

– Зачем группе, поместившей на борт незаконное оборудование, еще и подкладывать бомбу?

– А… Все в порядке. В вашей армии есть две работающих против нас группировки. Одна ненавидит нас совершенно бескорыстно – за давнюю историю с отставкой начальника Генштаба. Помнишь – в самом начале, когда Трехгорный перевал неудачно штурмовать пытались? Мы установили – по крайней мере одно из покушений на меня их рук дело. А вторая группа к нам никаких эмоций не испытывает, у нее исключительно коммерческие интересы. Улики сфабрикованы так, что в конечном итоге укажут и на тех, и на других. Я думаю, убийц твоего отца арестуют в ближайший период или два, и Повелитель Сайрат позаботится о том, чтобы они легким испугом не отделались.

Масарик прислушался к себе. Нет, даже это известие не вызвало у него отклика. Ничего, кроме равнодушного ожидания. Действительно, чего тянуть?

– Кара, – спросил он, – а чем ты собираешься заниматься дальше?

– О… Интересный вопрос. Для начала прочитаю огромную кучу статей, которые откладывала последние несколько лет. Надену какую-нибудь незаметную маску и всласть нагуляюсь по Крестоцину – я так по нему соскучилась! Поваляюсь на пляже и укупаюсь до полусмерти – у нас в Масарии есть прекрасные галечные пляжи, которым нипочем цунами. И так далее. Да, еще я намерена как следует посмеяться над репортажами о своей смерти. Страшно интересно, до каких глубин может дойти человеческая глупость. Помнишь самый популярный телесюжет моего визита в ЧК двухлетней давности?

– М-м… нет. Я не слишком слежу за телевизором.

– А я помню. Не межправительственные договоры, которые мы подписали, не отчеты о расходовании средств благотворительных фондов и даже не количество добровольцев, работавших в Сураграше за последние шесть лет – хотя я сама слегка ошалела, когда выяснила, что только из ЧК их приехало более тридцати тысяч. Нет, на всех крупных сайтах самым популярным роликом было то, как я оступилась на стертой каменной ступени и вынужденно ушла в передний перекат. Как только журналисты на мой счет не изгалялись…

– Ну, журналист – это такая профессия, когда ради популярного сюжета готов родителей в рабство продать, – хмыкнул Масарик. – Не обращай внимания. Они всего лишь потакают массовым вкусам.

– Не скажи, Марик. Знаешь, среди журналистов тоже попадаются нормальные люди – ну, с учетом специфика профессии, конечно. Помнишь такого – Вая Краамса?

– Который сделал передачу, из-за которой тебя похитил Дракон?