— Странно. Но… Как же они общаются? Вакуум же! И они же… Пустотелые?
— Они, как мне кажется, телепаты. Во всяком случае, передачи сигналов ни в одном из диапазонов я не засекла. А они — явно общаются. Друг другу не мешают. Зовут. И не дерутся за лакомый кусок, как случается даже у львов.
— Мило. Мы — первооткрыватели самых страшных монстров Вселенной. Легко закусывающих целыми Солнцами. Да ещё и телепатов. Знаешь, твоя идея насчёт чёрной дыры уже не кажется мне глупой. (Там же нет, насколько помню, ни материи, ни излучения!) Но…
Как бы нам их туда заманить?
— Вот уж — не проблема. Нужно только дождаться, пока от солнца ничего не останется, и снова… Погонять по космосу. Вот только…
— Да-да?
— Боюсь, двумя антеннами и четырьмя видеокамерами, как при «нырке» в хромосферу, не отделаемся.
Солнце доели через всего сутки. Число Пустотников, как я предложил их назвать, к этому времени исчислялось чем-то таким невероятно огромным… С двадцатью одним нулём. Мне это число ни в жизнь не выговорить.
Зато гнала нас по космосу вся эта армада, словно свора гончих — зайца. Небось, не много они «вкусно пахнущих» в своём протооблаке до сих пор видали. Если вообще — видали…
Ну, мы не подкачали: Мать даже специально заглушки, делающие наш след неопределимым для детекторов и сканнеров других скрапперов, всё норовящих проследить наши «рыбные места», отключила.
Чёрную дыру выбрали «понадёжней» — самую большую в ближайших окрестностях. А то — мало ли… Теперь зуб на зуб у меня не попадал даже во время обеда — потому что все шпангоуты и стрингеры «Лебедя» скрипели и тряслись так, словно он — осенняя яблоня, а мы с Матерью — садоводы, пытающиеся собрать урожай…
Э-э, ладно: пускай. Лишь бы нас самих не «собрали».
Однако на подлёте к самой дыре я поневоле зачесал в разных местах. В том числе и горячо любимом затылке. (Мать всё врёт: никакой плеши у меня там нет!)
— Скажи-ка, ласточка моя… Мы сами-то… Сможем из этой штуки, — я как раз обозревал устрашающе грозную Дыру, не столько видимую, сколько — воссозданную Матерью в виде компьютерной модели, — выскочить? Не хочется, конечно, быть переваренным в вакуум. Но, с другой стороны, не хочется и зависнуть где-то в недрах на пару веков…
— А-а, не парься, — этак легкомысленно заявляет моя умница, — Если ты о парадоксе Эйнштейна/Муроямы, так уже доказано, что никакого особенного искривления-замедления времени в околодырном пространстве нет. Оно — только внутри дыры.
— А… Что там есть?
— Да ничего особенного. Искажения кое-какие. Ну, может быть, несколько изменятся пропорции твоего тела, или «Лебедь» слегка сплющится… Или тебе может что-то этакое, необычное,