Печать «метаморфоз» находилась у Юфемии Лайз, а Юфемия не так давно отправилась в Орден.

Деметра не представляла, как именно собиралась все провернуть, но пустота внутри подсказывала – подойдет любой результат. Либо она победит, либо погибнет. Терять нечего.

Фонарик в ее руке уже начинал садиться. Этот источник света наколдовала Рицци, и без подпитывающих работу чар он быстро приходил в негодность.

От бесконечных извилистых туннелей начинала кружиться голова. Низкие каменные стены давили, вызывая панический страх темноты и глубины. В тишине слышалось громкое биение сердца, тяжелое дыхание, шарканье уставших ног. Капала вода, крошился камень, завывал ветер. И в голову Деметре даже приходили мысли о том, чтобы вернуться. Вот только куда?

Позади оставался горящий от революции Эмайн и серый мир людей, где она являлась никем. Сиротой без образования и перспектив, которую лишь поманили магией, как конфетой, и тут же ее отняли. Разве она могла теперь помышлять о переезде в крупный город и работе в офисе стабильной компании, как делали это все прочие, обычные люди?

Больше года Деми думала, что может совершить что-то важное для Нью-Авалона. Что она сама является кем-то важным… Волшебная сказка разбилась о жестокую реальность. Все, что она еще могла делать, – это идти вперед, несмотря на боль.

Мигнув в очередной раз, фонарик погас, и все вокруг заполонила тьма.

Успев увидеть на карте последний поворот, Деметра нащупала руками стену. И держась правой стороны, медленно направилась дальше, молясь лишь об одном – чтобы на пути не встретилось ямы. Тогда ее жизнь закончилась бы совсем уж бесславно. В самый раз для жалкой девушки, возомнившей себя волшебницей.

Однако судьба явно решила посмеяться над ней подольше: как только глаза привыкли к темноте, в конце туннеля показался слабый свет.

Он приближался с каждым шагом и наконец оформился в отдельные световые полоски, разделенные прутьями решетчатых ворот. Вокруг одного из прутьев была обмотана толстая, чуть заржавевшая цепь, на которой кто-то защелкнул амбарный замок. Они не скрепляли между собой створки, а просто висели в воздухе, едва заметно покачиваясь на сквозняке.

Стараясь не шуметь, Деми с усилием отодвинула одну из створок и прошмыгнула в образовавшуюся узкую щель. Перед ней предстал тот же туннель, разветвляющийся в разные стороны, только уже освещенный подвешенными под потолком масляными лампами.

Всего коридоров было три: левый уводил вниз, правый – наверх, а тот, что находился посередине, оканчивался черными чугунными дверьми с изогнутыми коваными ручками. «Хранилища №№ 1–8» – значилось на табличке над ними.