Вот почему нам сейчас необходима ты. Потому что крайне непросто отыскать того, у кого при каждом рождении меняются матери.

Вся эта история разматывается настолько стремительно, что у тебя кружится голова. Я снова повторяю, что через восемь лет после того, как ты его прикончила – тогда Королем все еще был Моки, – он родился снова. Когда тебе было двадцать и девять. Аеси – это даже не имя, ибо подлинного его имени не знает никто, кроме разве что последней матери. Итак, через восемь лет после своей гибели Аеси вновь появился на свет в Омороро, у женщины из племени асакинов, в диком буше между городом и морем. Кваш Моки умер как раз, когда мальчишке исполнилось восемь. Чтобы его разыскать, потребовался десяток лет, и еще пять лун, чтобы найти тебя, так что времени у нас нынче осталось в обрез.

– Откуда всё это знаешь? – спрашиваешь ты.

– Со временем мы наконец поумнели и научились следовать за теми, кто следует за ним, – отвечаю я.

– Ты о сангоминах?

Сангомины. Сангома со своими мерзкими детишками-убийцами. За мальчонкой наблюдают издалека, и вряд ли он об этом догадывается. Скорее всего, он в полном неведении, потому что в своих глазах он просто мальчик, со своими мальчишескими желаниями и в своем мальчишеском мирке. Ты спрашиваешь, откуда мне известно, что это за женщина, и я без утайки отвечаю, что не знаю. Но если он родился, то ведь всё-таки от женщины; и именно тогда там над расположением племени появилась серо-желтая голубица – глаза сангоминов, – которая уже несколько лет безотлучно летает над их становищем.