Его слова были встречены радостными криками Отцов. Кажется, этих моральных уродов радовал тот кровавый цирк, что Представитель устроил у них на глазах. Меня и Себастиана они не знали, и на нас им по существу было наплевать. А вот вид крови их возбуждал…

— Но начнём мы с мелочей, — неожиданно произнёс Представитель. Не иллюзия Дона, а он сам. — Вы разгадали мой план и захотели спасти тех несчастных людишек на стадионе. Что ж, ваш план провалился. И я удостою вас чести увидеть, к чему привели ваши действия…

Глава 61

Глава 61

Он щёлкнул пальцами. И в то же мгновение мои глаза, усиленные Атрибутом, различили, как из множества труб, размещённым на трибунах, засочился ядовитый дым. Тонкими невидимыми для остальных струйками он просачивался наружу, наполняя стадион своим смертельным дыханием.

Стадион был закрытым, но очень большим, на тысячи зрителей. Газ не успел заполнить всё пространство и начать действовать. Пройдёт ещё несколько минут, прежде чем первые люди начнут умирать, а остальные в панике бросятся к выходам, давя друг друга…

Если у меня ещё оставались хоть какие-то сомнения, то теперь от них не осталось и следа. Всё, чего я боялся, всё, к чему готовился, происходило на моих глазах.

Представитель оказался не честным и справедливым лидером, ведущим свой клан к счастливому будущему. Нет, он был жадным до власти психиком, способным не просто идти по головам, но проливать реки крови ни в чём не повинных людей.

Он был опасен. Опасен не только для обычных людей, не только для тех, кого называл своими врагами, но в том числе и для своих союзников. Я видел, как он действует, и нисколько не сомневался, что однажды, возможно, совсем скоро, он возьмётся и за свой собственный Клан. Включая меня и моих людей.

А значит, настало время решительных мер.

Стоило мне обдумать свою угрозу, как я почувствовал едва ощутимое тепло, распространяющееся по телу. Это было проявление заключенного между нами Контракта.

Однажды я это уже чувствовал. Я не мог сделать ничего для того, чтобы навредить Представителю. Ни действием, ни бездействием, ни даже намерением. Сила Контракта защищала его от любого моего неповиновения. Она не проявилась раньше, когда я попытался уничтожить часы, потому что часы были всего лишь бесполезным муляжом. Но сейчас она проявлялась потому, что я готовился к прямому противостоянию.

Зажмурившись, я ожидал боли. Секунды шли, но ничего не произошло. Тепло исчезло без следа. Меня больше ничего не сдерживало. Я чувствовал себя свободным.

Я открыл глаза и ухмыльнулся, начиная понимать, что именно произошло.