А пока этого не случилось, хор продолжал петь:

Иоанна Богослова не стало.

А мы продолжали спасаться бегством.

Глава 20

Глава 20

Через час мы снизили ускорение с четырех g до трех, а еще через шесть договорились сбросить его до обычной силы тяжести на время, которое требовалось для ухода за беженцами и решения худших проблем с их здоровьем. Мы с Пинки и Розой-или-Нет спустились к ним, пока леди Арэх следила за кораблем и его окрестностями. Наши нервы все еще были напряжены до предела.

Мы тешили себя надеждой, что удалось ускользнуть от волков. Возможно, так оно и было, но убедиться в этом мы могли лишь по прошествии многих недель. У меня вдруг возникло знакомое со времен «Салмакиды» ощущение – именно тогда я понял, что человек не в состоянии испытывать тревогу бесконечно. Ближайшие недели казались столь же несущественными, как и последующий миллион лет. Имело значение лишь то, что в течение часа мне не нужно думать о смерти.

Беженцы все еще пребывали в своих углублениях. Никто не кричал, а стоны и брюзжание странным образом успокаивали.

Баррас взглянул на меня из своего кокона, имевшего форму его тела.

– Расскажи нам, что происходит, – попросил он.

Я посмотрел на Пинки, подумав, что это ему следует обратиться к свиньям, но он лишь кивнул и пошел дальше по проходу, высматривая вместе с Розой-или-Нет тех, кто нуждался в экстренной помощи.

– Мы полагаем, что волки утратили к нам интерес.

– Полагаете?

– Редко можно быть в чем-то уверенным, – улыбнулся я. – Но все говорит о том, что поток погнался за другой добычей.

– Когда мы точно будем знать, что опасность миновала?

– Может, никогда. Но если сегодня мы умрем, то не из-за волков.