– А он большой, – сухо проговорила леди Арэх.

Если у корабля гнездостроителей и имелась какая-то предпочтительная ориентация – перед или зад, верх или низ, – то определить ее было невозможно. Прежде нам доводилось видеть лишь останки таких сооружений. Все, что можно сказать об этом объекте: что его широкий и толстый конец напоминал фундамент дворца или собора с множеством башен. Прожекторы выхватывали лишь ближайшие сотни метров поверхности корабля; остальное скрывалось в давящей тьме Харибды.

Из того, что мы могли увидеть, стало ясно, что объект представляет собой плотное ребристо-трубчатое скопление многочисленных элементов, похожих на раковины и расположенных под всеми вообразимыми углами. Либо эти десятки тысяч «раковин» изначально срослись вместе, либо корабль был выточен из чего-то огромного, с гору величиной, по воле некоего безумного архитектора. Между раковинами имелись отверстия – черные щели, уходившие на сотни или даже тысячи метров внутрь. Предложение леди Арэх поискать вход выглядело вполне разумным, но на то, чтобы составить даже приблизительную карту поверхности объекта, ушли бы многие часы. Составление карты его потрохов наверняка заняло бы недели, если не месяцы.

Меня охватила граничащая с клаустрофобией паника. Я представила, как веду по этому лабиринту медленно перегревающийся, натужно скрежещущий корабль, пытаясь отыскать выход из одной тьмы в другую, куда более обширную…

– На этой глубине мои ракеты не выдержат, – сказала я на случай, если у кого-то возникнут сомнения. – И даже если бы можно было использовать их для разведки, я бы предпочла оставить их на потом.

– Полностью с тобой согласна, Воин-Сидра. – Леди Арэх положила ладонь на мою руку, все еще сжимавшую рычаг управления. – Ты отлично справилась, доставив нас сюда. Мы все отлично справились, уже хотя бы потому, что сумели добраться. Невил Клавэйн наверняка бы удивился.

– Скорее удивился бы тому, что нам потребовалось для этого столько времени, – возразила я.

– Старик избавил бы нас от кучи проблем, если бы удосужился кому-нибудь сообщить об этом месте до того, как умер, – сказал Пинки. – Вряд ли он поблагодарил бы меня за эти слова, но все равно это правда.

– Он не осознавал, насколько это важно, – объяснила леди Арэх. – Как и все мы. Даже сейчас приходится напрягать воображение. Если бы не Сидра, никто из нас не догадался бы искать здесь инкантор. Или вообще не подумал бы, что инкантор может существовать.

Оценка леди Арэх касалась Сидры, а не Воина-Сидры, так что комментировать я не стала. Раз уж я не отвечала за оплошности Сидры, то не могла и принимать похвалу за ее проницательность.