– И все же, – сказал Бернхэм, – разве у нас нет какой-то параллели со слонами, которые несколько лет назад были найдены погруженными в лед к северу от Сибири, точно так же, как этот человек? Слон – тропическое животное, и вряд ли можно приписать ему увеселительную поездку на Северный полюс. Как вы это объясняете?

– Возможно, – предположил я, – это было аналогично, когда гора приходила к Магомету в обоих случаях. Возможно, к ним пришел полюс. Предположим, что по какой-то неизвестной естественной причине или какому-то внешнему космическому воздействию ось Земли должна была резко переместиться, как, вероятно, это происходит и сейчас, но постепенно, и что то, что раньше было экваториальными областями, стало полярными, и наоборот. Что естественно последует после этого? Во-первых, океаны и моря были бы выброшены на континенты приливными волнами высотой в несколько миль. Только альпинисты, живущие на самых высоких горах, могли бы спастись. Это был бы первый результат. Во-вторых, воды на территории, которая раньше была тропическим регионом, будут заморожены. Третьим было бы то, что мы видим сейчас перед собой в этой ванне.

– Весьма и очень остроумно, – сухо заметил доктор, – но сейчас у нас нет времени на размышления. Давайте займемся делом. К этому времени наш друг должно быть уже основательно прогрелся. Пожалуйста, протяните руку помощи, чтобы положить его на операционный стол.

Мы перенесли тело из ванны на матрас в студии, комнату тем временем закрыли и подняли температуру до температуры крови.

– Сначала мы должны удалить воду из легких, – сказал доктор, протягивая руку к предмету, похожему на желудочный насос, но который вместо всасывающей трубки заканчивался диафрагмой, сделанной из какого-то эластичного вещества, которую он приложил к открытому рту человека, плотно прижимая его левой рукой, в то же время прося меня плотно сжать ноздри лежащему. Плоть теперь была теплой, мягкой и податливой. Затем доктор отодвинул поршень своего насоса, и струя воды последовала через выпускную трубку. Это повторялось несколько раз, пока не было объявлено, что в легких нет воды.

Последовала консультация между доктором и Бернхемом.

– Кровь в венах и артериях, – сказал доктор, – хотя и подверглась разжижению, вероятно, в определенной степени свернулась. Хотя почему, – задумчиво продолжил он, – это должно быть именно так? В любом случае, давайте посмотрим.

Затем он достал ланцет из своего футляра с инструментами и начал делать надрез в средней вене левой руки, когда, к его явной радости, как я смог увидеть, из нее вытекло несколько капель крови.