1

1

<…> Обрадовать мне тебя нечем. Я дошел до Одноглазой, но увы. Махиним не может перевести Ма обратно в Альдари, храм в Серкеле не принадлежит Ордену. Эн Тешуд своего мнения не изменил, впрочем, чего ещё ждать от хрена, подписавшего Ма назначение.

Была небольшая надежда на то, что тётушка всё-таки чего-нибудь добьётся от их матриарха, но увы. Манихим сказала, что их матриарх отправилась на Суд, неделю назад, как я пишу это письмо (сегодня 21 число). Это всё ужасная тайна, никто ни о чём не объявлял, все делают вид, что ничего не случилось. Уж не знаю, чего ждут. Дня два назад в городе была Играс (представляешь, эта карга взяла себе ученицу? Совсем девчонка, вот же ей не повезло), я попытался с ней поговорить о Ма, но не вышло. Её, похоже, на время выборов, решили выслать из Альдари, что её очевидно ужасно злит. Когда я заикнулся о Майе, её чуть не разорвало. Рычала, чтобы я и думать о ней забыл, чтобы я унял тётушку, чтобы мы вынули свои носы из дел сестринства. Потом успокоилась и извинилась, да, но я ни разу в жизни не видел её настолько не в духе.

…видишь, какой я скромный, написал сначала про Ма, а потом уже что получил костис мастера-дознавателя. Возможно, если дела в Городе не осложнятся, то я съезжу весной в Серкел сам, и посмотрю, что там такого интересного, что Ма отказывается возвращаться.

Из переписки мастера-дознавателя Ордена Сулы Намтара и рыцаря-оружейника Ордена Кадма Анзума,

***

Осень в Шеркеле начиналась либо поздно, но бурями и грозами, либо рано — гораздо раньше, чем в Альдари! — но тянулась долго-долго, мягко-мягко. В этом году нам повезло, и осень началась рано. С озера по-прежнему тянуло тёплым ветром, а деревья укутались в золотые ореолы. Наше озеро стало похоже на зеркало в сияющей оправе, а склоны каменных холмов — на пёстрый пертежский ковёр, и в ясную погоду я терялась, в какую сторону смотреть и где вид красивее.

Моя — ладно, наша — машина медленно катился по едва угадывающейся лесной дороге. Весной здесь прошел трактор и пропахал молодую поросль, а следом тяжелый тягач укатал распаханное. После начальство решило, что нашей заставе такая дорогая машина не нужна, и велело перегнать тягач за озеро на лесозаготовки. Там он ближе к концу лета развалился, что вызвало небольшой скандал и обильную переписку с Альдари. Начальник лесопилки попытались выставить виноватым нашего коменданта Рахаила, мол, тягач пришел уже выработавшим свой ресурс, но старик сумел отбиться. Это было ожидаемо, на самом деле, я вот в нём лично не сомневалась. Простые люди в таких местах по десять лет комендантами не сидят. Но настроение Рахаила из-за телеграфных разборок испортилось и уже вторую неделю не желало улучшаться. Когда я к нему сунулась за путевым листом, он на меня наорал, впервые за четыре года.