- Сказала она, забыв, что повышать голос начала первой. – покачал он головой и я едва успела одернуть руку.

- Головой не крути. – поймав его за подбородок, сказала я – Подбородок вверх.

- Как скажите моя госпожа.

К щекам прилила кровь. Пытаясь отвлечься, я спросила:

- Как думаете, наместник Хиросэ сильно дорожит своей дочерью?

- Сильно ли он дорожит единственным ребенком, что у него остался, после того как Император казнил его сыновей, за участие в заговоре? – вскинул он брови.

Протерев лезвие о полотенце, оставив на нем серую, подсохшую пену и волосы, я задумчиво покачала головой.

- А сильно – это по местным меркам или, как если бы она была ценным активом?

- Наместник любит свою дочь, но при возможности не упустит шанса улучшить свое положение, выгодно выдав её за муж.

- Хм.

Дождавшись, когда я закончу с щекой и отвлекусь на споласкивание бритвы, Казэ спросил:

- Вы что-то задумали?

- Есть у меня одна задумка, но для неё не хватает одного элемента.

- Какого же?

- Власти.

Я старалась не смотреть в его глаза, сосредоточившись на подбородке. Плевочек волос, под нижней губой не желали ровно сбриваться.

- Как мало вам нужно для счастья. – развеселился он.

- Власть, это общее понятие. Возможность говорить с тем, с кем я хочу говорить, не прибегая к уловкам. Возможность пойти туда куда мне нужно, без необходимости таиться и скрываться. Засуньте язык под нижнюю губу. Вот так.

Пробрить чисто все равно не выходило и случайно оставив небольшой порез, я оставила в покое подбородок.

- Все же решили саботировать мой план?