И царевна Бади-аль-Джемаль взяла свой лук, и вынула из колчана стрелу, и наложила ее на тетиву, и прицелилась, и выстрелила, и поразила одного из стражей. А потом она выстрелила еще раз и поразила другого стража. И она выстрелила в третий раз, и третий страж упал на камни. А тот человек с кувшином, прикрываемый ее стрелами, поднялся по тропе и скрылся между большими камнями.

А царевна закинула свой лук за плечо, и достала из ножен саблю, и положила ее перед собой, и положила одно из своих драгоценных запястий, потому что она взяла у этого человека коня и не знала, как он к этому отнесется. И она думала, что предпочтет похититель волшебной воды в качестве платы за коня — запястье или удар саблей. Ибо вряд ли он стал бы выслушивать ее объяснения о том, что она спасла ему жизнь, поскольку стражи источника гнались за ним и не оставили царевне и этому человеку времени на беседы.

И человек с кувшином вдруг появился на площадке и видит — на спине одного из его коней сидит юноша, прекрасный видом, отрок четырнадцати лет, подобный обрезку месяца.

И этот человек, ничего не спрашивая, дал царевне тяжелый кувшин, и она взяла его, а этот человек сел на другого коня, и направил его по тропе, чтобы спуститься в долину, а царевна поехала за ним следом, потому что он знал дорогу, а она не знала.

И они долго спускались с горы, и когда рядом с ними посыпались стрелы стражей источника, Бади-аль-Джемаль, не говоря ни слова, отдала похитителю его кувшин, а сама взяла лук, и натянула тетиву, и стала поражать стражей источника. А похититель воды, у которого не было при себе лука, стал, нагибаясь с седла, подбирать стрелы и подавать их Бади-аль-Джемаль, не роняя при этом своего кувшина, и она поразилась его ловкости, гибкости и умению управлять конем.

И они ушли таким образом от погони, и спустились, и выехали на плодородную равнину, а это была небольшая равнина, зажатая между горными отрогами. И лишь тогда человек с кувшином отвел от лица край чалмы, закрывавший ему рот и подбородок, и внимательно посмотрел на своего нечаянного спутника.

* * *

Это был он — лев пустыни, безумный поэт и возлюбленный джиннии Марджаны!

Я чуть с коня не упала.

Увидев мое изумление, он понял, что я его знаю, и стал ко мне приглядываться.

— Я узнал тебя, о Хасан! — воскликнул он. — Ведь это с тобой мы должны были сразиться ночью на ристалище!

— И я узнала тебя, о Ильдерим, — отвечала я. — Но ради Аллаха, как ты попал сюда и зачем тебе понадобилась вода из источника Мужчин?

— Точно так же и я могу спросить тебя, о Хасан, зачем ты оказался здесь? — сказал Ильдерим. Если тебе самому нужна эта вода, то бери, в кувшине ее много.