Он вернулся в таверну, где уже заметили отсутствие нольде. Майер предположил, что Гуруска предусмотрительно решил отойти ко сну пораньше, так как ему предстояло отправиться в путь на рассвете, и присутствующие согласились с тем, что, по всей видимости, так оно и было.

На следующее утро, за час до рассвета, Кугель уже был на ногах. Он наскоро позавтракал, уплатил Майеру по счету и поспешил туда, где Шимилько приводил в порядок свой караван.

– Гуруска просил передать, – сообщил вожатому Кугель, – что, в связи с некоторыми достойными сожаления обстоятельствами личного характера, он не сможет сегодня отправиться в путь, и приказал мне занять ту должность, которую вы ему предоставили.

Шимиль удивленно покачал головой:

– Жаль! Вчера он с энтузиазмом ожидал возможности полюбоваться на Карнавал! Что ж, каждому из нас приходится приспосабливаться к обстоятельствам. Так как Гуруска не может нас сопровождать, я с готовностью предоставлю вам должность охранника. Как только мы двинемся с места, я разъясню ваши обязанности – они достаточно просты. Вы должны будете нести ночную вахту и отдыхать днем, хотя в том случае, если возникнет опасность, естественно, вам надлежит сразу же встать на защиту каравана.

– Думаю, что моя компетенция достаточна для выполнения этой роли, – заверил вожатого Кугель. – Если вы готовы, я готов!

– А вот и Солнце восходит! – объявил Шимиль. – В путь! Нас ждет Карнавал в Лумарте!

Десять дней спустя караван Шимиля проехал по Метьюнскому ущелью, и перед глазами путешественников открылась огромная долина Корам. В долине блестели, постепенно тускнея вдали, излучины полноводного Иска; напротив темнела полоса Дравенского леса. Ближе радужно сверкали пять глянцевых куполов Лумарта.

Шимиль обратился к спутникам:

– Перед вами, внизу, – все, что осталось от древнего Лумарта. Пусть вас не обманывают купола – некогда это были храмы, посвященные пяти демонам: Йонту, Джейстнейву, Фампуну, Адельмару и Суулу; они сохранились во времена Сампатиссичских войн исключительно благодаря своей неприкосновенности.

Скорее всего, вы никогда не видели людей, подобных обитателям Лумарта. Многие из них – чародеи-любители, несмотря на то, что Великий Теарх Чаладет строго запретил применение магии в черте города. Местные жители могут показаться вам томными и апатичными, ошеломленными чрезмерной чувствительностью, – и вы будете совершенно правы. Все они одержимы идеей неукоснительного соблюдения ритуалов и исповедуют доктрину абсолютного альтруизма, принуждающую их к добродетели и благоволению. По этой причине их прозвали добрым народом. Еще несколько слов по поводу нашего путешествия, которое, к счастью, обошлось без нежелательных происшествий. Погонщики умело справлялись со своими обязанностями, Кугель бдительно охранял нас по ночам – я доволен. Так что вперед, в Лумарт! И не забывайте о благоразумии ни на минуту!