Один за другим местные жители стали вылезать из хижин, позевывая и почесываясь. Одежда их была сшита из птичьих шкурок; во всей деревне не было заметно никаких цивилизованных удобств, причем обитатели хижин явно недоедали уже много лет. При виде Риальто и Ошерля несколько мужчин обменялись радостными возгласами, после чего схватили сети с длинными рукоятками и стали подходить с явно недобрыми намерениями.

Риальто приказал:

– Стойте! Мы – волшебники! Любая попытка причинить нам вред навлечет на вас заклятие, чреватое самыми печальными последствиями! Предупреждаю!

Разбойники ухом не повели и только расставили сети пошире и повыше. Риальто подал знак инкубу. Сети обволокли тех, кто их нес, и стянули их так туго, что те свернулись калачиками и не могли пошевелиться. Одним движением большого пальца Ошерль отправил сети вместе с их содержимым высоко в небо – они скрылись в пелене туч и больше не появлялись.

Обведя глазами собравшихся селян, Риальто спросил женщину с плоским лицом:

– Кто предводитель вашего отвратительного сборища?

Женщина показала пальцем:

– Вот, Дулька, – он у нас мясник и загибатель. Не нужен нам никакой предводитель – начальники всегда жрут больше, чем им положено.

Пузатый старик с серым бородавчатым лицом неохотно приблизился на несколько шагов и произнес льстивым гнусавым тоном:

– Неужели обязательно выражать свое отвращение настолько откровенно? Правда, мы – антропофаги. Правда, что незнакомцев мы рассматриваем как питательную добавку к скудному ежедневному меню. Но разве это достаточный повод для неприязни? Мир таков, каков есть, и каждый из нас должен надеяться, что тем или иным образом окажется полезен своим товарищам, даже если сгодится только на суп.

– У нас другие намерения, – отозвался Риальто. – Если я увижу еще какие-нибудь сети, ты первый вознесешься выше туч.

– Не беспокойтесь, нам уже известны ваши предпочтения, – заверил его Дулька. – В чем состоят ваши пожелания? Вы проголодались?

– Нас интересует древний Люид-Шуг. Пророчества гласили, что теперь, с наступлением Золотого Века, город должен был проснуться. И что мы видим? Одни развалины и плесень, не говоря уже о вони, исходящей от вашей деревни. Что случилось? Почему город постигла такая печальная судьба?

К Дульке вернулась самоуверенность – он часто моргал, поглядывая на посетителей с туповатой ухмылкой. Рассеянно, словно по привычке, он переплетал, сгибал и разгибал пальцы обеих рук с ловкостью, показавшейся Риальто любопытной, даже удивительной. Мясник ответил тем же монотонным гнусавым тоном: