– Возможно, вам следует отказаться от своих намерений. Шестнадцатый эон во многих отношениях благополучнее двадцать первого. Вы тут сидите и жуете траву так, словно родились, чтобы жить в этой эпохе. Это ваше время, Риальто! Так предначертано силами, намного превосходящими ваши и мои возможности!

– Мои возможности вполне достаточны, – возразил Риальто. – В частности, я подружился с чагом и могу начислять и погашать пункты задолженности с безрассудной щедростью.

– Не смешно! – прорычал Ошерль.

– Ты отказываешься доставить Персиплекс из Люид-Шуга?

– Это невозможно, пока город охраняют боги.

– Значит, ты должен перенести нас в будущее точно на сто веков – в ту эпоху, когда обитатели Люид-Шуга проснутся в Золотом Веке и у нас появится шанс вернуть похищенное имущество.

Ошерль хотел было обсудить обременительный характер своей задолженности, но Риальто отказался его слушать.

– Всему свое время. Мы рассмотрим этот вопрос, когда вернемся в Бумергарт с Персиплексом в руках!

– Персиплекс? Это все, что вам нужно? – с внезапным притворным благодушием спросил Ошерль. – Почему же вы не сказали об этом раньше? Вы готовы?

– Готов, конечно. Смотри, не ошибись!

13

Холмик и одинокое дерево исчезли. Риальто стоял на склоне каменистой долины; внизу лениво струилась извилистая река.

По-видимому, только что наступило утро, хотя небо затянули тяжелые тучи. Сырой холодный ветер пощипывал кожу; на востоке темные хвосты дождя нависли над черным лесом.

Глядя вокруг, Риальто не замечал никаких признаков человеческого обитания: ни оград, ни фермерских домов, ни дороги, ни даже колеи или тропы. Кроме того, он был один. Куда подевался инкуб? Риальто раздраженно поворачивался то в одну, то в другую сторону:

– Ошерль! Появись!

Ошерль появился – все еще в обличии синего сильфа.

– Я здесь.

Риальто обвел рукой унылый пейзаж:

– Это непохоже на Золотой Век. Ты уверен, что мы продвинулись на сто веков в будущее? Где Люид-Шуг?

Ошерль указал на север: