– Филипп, что случилось, как будто всё пропало куда-то, ни людей, ни света, даже звуки какие-то другие…? Владислава больше нет…. Он умер?

– Нет не умер, он ушёл…

– От меня?! – Кира хотела плакать, но не могла.

– Нет, ну что ты, Вы так любите друг друга.

– Я опять осталась одна, всегда одна, но почему так…?

– Ты теперь никогда не будешь одна, у вас с ним дочь…

– Дочь?! – Кира удивлённо посмотрела ему в глаза.

– Да, скоро у тебя родится девочка, а он всегда рядом с тобой, ну ты же знаешь….

– Да, конечно знаю, я же Айэльфийка, – Кира присела на краешек стула, – но Филипп, почему так трудно жить, так трудно быть Человеком, почему? Ведь здесь великое счастье и великое горе живут рядом в одной комнате, спят в одной постели, гуляют вместе по улице, держась за руки!?

– Быть Человеком – великое счастье, жаль только, что мало кто понимает это. Ребята, вам надо сходить за Александром и помочь ему дойти до своей комнаты, он заблудился.

– А где он?

– Он вон там, – Филипп указывал вниз в сад, – пойдёте вдоль ограды в самом конце, он сам не сможет выбраться, идите. Положите его спать и сами сразу ложитесь тоже спать, а завтра всё уже будет нормально, как обычно.

Выходя из квартиры уже в дверях, я вдруг почувствовал на себе острый взгляд и обернулся, Филипп глазами говорил мне, чтобы я потом сразу вернулся к нему.

Взявшись за руки мы с Кирой на ощупь шли вдоль ограды ничего не видя вокруг. Ледяной туман пронизывал насквозь и было острое ощущение одиночества, как будто ты единственный человек, оставшийся во Вселенной.

На Александра мы буквально наткнулись. Он сидел на асфальте, положив руки на колени и как-то совсем безвольно, даже обречённо пустым взглядом смотрел на свои руки.

– Александр, вставай, пойдём, нельзя сидеть, Филипп сказал, что надо уходить отсюда, надо идти спать…– Кира пыталась его поднять.

– Идти…? Куда идти…, зачем нам надо идти? Нам некуда идти, ну как ты отсюда уйдёшь…? Нет, надо оставаться там, где ты есть, потому что тебя больше нигде нет. Ты можешь быть только здесь. – Александр говорил сам с собой, видно было, что он не понимает где он и что с ним, наверное, он даже и нас не вполне воспринимал как реальность.

– «Царь. Исхитрись-ка мне добыть

То-Чаво-Не-Может-Быть!

Запиши себе названье,