Наступил вечер.

Свет ещё не померк, но уже почти не пробивался сквозь облака. Так что за ужином, наёмники наслаждались огнём в очаге.

Первым тишину нарушил Кеншин:

— Что ты там про персональную работу говорил?

Как и в прошлый раз, Батя оглянулся:

— Тс-с-с… Тише. Нужно убрать кое-кого.

На такое воины даже жевать реже стали. Все, кроме самого Кена. Он совершенно спокойно уточнил:

— Кого?

— Капитана.

— Зачем?

— Во-первых, это одно из условий мэра Орландо, иначе не соглашался за нас вписаться перед коллегами. Во-вторых, этот жирный дурень за два дня учений даже не появился. На хрена нам такой воевода нужен?

— Давай боевых действий подождём. Гранату в блиндаж кинем или в затылок пристрелим…

Но на предложение, командир покачал головой:

— А это уже — в-третьих. Арканджело имеет влияние на мэра Ренато, а если командиром островной милиции сделают меня, пусть даже временно, то влияние начну оказывать я. Ты представляешь, сколько можно будет ресурсов с обороны перенаправить к нам в крепость? — под конец, старый интриган так увлёкся, что перестал таить голос.

Немного подумав, Кен лишь кивнул.

А вот Макс, в предчувствии новой авантюры, словно ожил. Глаза заблестели, дыхание стало поверхностным и частым… Кажется, даже обоняние обострилось. Последний раз он испытывал такое возбуждение ещё в начале зимы. Тогда наставник повёл его убивать хашашина.

— Устранение только с моего разрешения. А пока подготовься. Как именно — тебе лучше знать.

Остаток дня до самого отбоя, наёмники провели кто как.

Батя курил и пил компот с самогоном. Лайонел снова куда-то запропастился. Даджой читал книгу с летописью и делал пометки угольком на глинобитном полу. Венга баюкала на руках нового друга, того самого кота. В виде извинений за неприятную ситуацию, зверька подкармливали ветчиной. В результате, он стал частым гостем в доме наёмников. А если быть точным — чуть ли не поселился в нём.

— Мау… — сонно изрёк синьор Рим.