– Хотелось бы уточнить, почему наша четвёрка попала именно в тот мир, где драконы выращивали флот.

– Потому что Танат был запрограммирован на запуск мультихода по последним координатам базы. Я уже говорил об этом.

– А вы уверены в том, что Мультиверс на самом деле пронизан тоннелями… гм, метро? – скептически произнёс Весенин. – Я до сих пор не слышал полностью научное определение Мультиверса. Может быть, он просто иллюзия?

– Мультиверс – система жизни, – пожал плечами Копун. – В нём развёрнуто бесконечное количество измерений и метавселенных со своими физическими законами и константами. Это лишь в нашей десятимерной развёрнуты три измерения, а остальные семь свёрнуты в струны. Всеволод добавит своё мнение.

Шапиро вскинул брови, озадаченный, что стрелки переведены на него.

– Вообще-то я не хотел теоретизировать… но раз уж мне доверили… В нашей метавселенной действительно развёрнуты пространственные измерения, формирующие объём. Остальные свёрнуты и представляют собой так называемую квантовую пену. В Мультиверсе же спрятаны тысячи других, в том числе измерения психологической полноты, как называют их… э-э, мои знакомые.

– Что ещё за таинственные знакомые? – поинтересовался Шмелёв.

– Скажем, войдики. Не сбивайте меня, Илья. Многие специалисты пытались представить, как выглядит хотя бы четвёртое измерение. Как дополнительное или иное? Но какое иное? Даже мне это трудно сделать, я его просто чувствую… иногда. В массе же своей человечество просто не имеет нужных органов чувств, потому что сформировано трёхмерностью. Так вот Мультиверс должен реализовывать все формы материи, все измерения, в том числе духовно-чувственной сферы. К примеру, любви, страдания, боли, страха, других человеческих эмоций и чувств.

Весенин попытался вставить слово, но его одёрнула Сима Саблина.

Подождав немного, Шапиро продолжил:

– Да и не только человеческих, но и эмоций тех же драконов и ядран. Драконы выбрали для своих нужд миры, почти идентичные нашему, трёхмерные, а могли бы и четырёхмерные, и шестимерные, и вообще не пространственные, а цифровые.

Весенин всё же рискнул вмешаться:

– Интересно, как вы лично представляете эти другие, особенно непространственные? Пространство боли? Бред!

Всеволод улыбнулся:

– Всё очень просто. В этих метавселенных вместо длины, ширины и высоты развёрнуты эмоции разной интенсивности. Высота там, условная, конечно, представляет собой очень сильную боль, ширина – сверлящую, типа зубной, длина – ноющую. Либо в других метамирах реализуется сразу несколько типов психологических процессов: боль, страдание и радость, когда боль проходит.