– Именно так и следует читать Зибенштерна.

Через открытый люк Мерси взглянула на крышу «Либер Мунди», размышляя над тем, не покажется ли ей тесный мирок Сесил-корта когда-нибудь слишком скучным. Но ведь даже тогда у неё останутся книги и неисчислимое количество книжных миров. Не каждому требуется иметь в предках Зибенштерна, чтобы отправиться навстречу приключениям. Иногда для этого достаточно уютного кресла, лампы и захватывающей истории.

– Берегите себя, – попросила она.

Девушки обнялись в последний раз, а затем Мерси, расщепив страничное сердце, шагнула из люка наружу и спланировала вниз бок о бок со снежинками. Из приоткрытой задней двери во двор падала полоска яркого света. Внутри раздавался голос ветератора: должно быть, Темпест разбудила его, чтобы рассказать о похоронах Гилкриста, а у него, как всегда, нашлось немало полезных советов относительно рытья могил в мёрзлой земле и погребальных традиций в британской глуши.

Подошвы сапог Мерси коснулись снега. Запрокинув голову, она взглянула на «Каскабель». Снизу можно было разглядеть только дно кабины воздушного корабля, в котором светился прямоугольник люка. В следующее мгновение он погас, летательный аппарат Фионы Ферфакс устремился ввысь и скоро окончательно пропал из виду.

Мерси тоже хотелось бы собственными глазами увидеть Фабулариум. Из всех возможных путей туда Фиона выбрала самый долгий, ведущий через все области мира библиомантов. Но возможно, чтобы попасть туда, нужно было всего лишь шагнуть за порог «Либер Мунди». Возможно, Фабулариум располагался прямо здесь, у неё в лавке, уместившись на сотнях и тысячах книжных страниц.

И Мерси направилась внутрь, к друзьям, заранее радуясь теплу, чашке чая и встрече с книгами.

41

41

Склад, арендованный отцом Флоренс для Бенджамина Каттера много лет назад, располагался в мрачном пакгаузе позади Уоппингского дока. Сторож, засаленный тип, отворивший дверь пакгауза на стук Мерси, бросил беглый взгляд на договор аренды и впустил девушку внутрь.

– Я вас тут ещё не видел. – Зубы у сторожа были коричневые, как вода в Темзе. – Я вообще никогда не видел никого, кто бы интересовался хламом в семнадцатом номере. Я думал, этот хлам так и будет гнить там до морковкиного заговенья.

– До меня никто не бывал здесь? Все эти годы никого не было?

– Да нет, – поправился сторож, – бывали. Два раза. Только я не видал кто. Два раза в семнадцатом номере ночью взламывали дверь. Но внутри всё оставалось по-старому, непохоже было, чтобы кто-то рылся в вещах. Всё стояло на местах. Я дверь-то починил, новый засов поставил, а через неделю та же петрушка. Но с тех пор всё спокойно.