– Я Рыцарь Служения, Доминик Лис, – сказал он, спрыгивая с лошади.
– У вас есть приглашение? – спросил стражник слева.
– Мне нужно видеть одну из служанок, Надин Крост. Дело государственной важности.
– Без приглашения никого пускать не велено.
– Но я Рыцарь Служения!
– Не велено, – повторил мужчина.
«Да что за стадо баранов!» – возмутился про себя Доминик, вспомнив сравнение Лангдюра. Вытащив из-за пазухи платок, он завернул в него несколько монет и протянул стражнику.
Тот молча сунул его в карман, и все еще хмуря брови, проговорил:
– Приходите утром.
Доминик смерил их взглядом и снова вскочил в седло. Вот и началось то, о чем говорил Окунь. Когда Лидер был у власти, слова «Рыцарь Служения» значило много, теперь же это пустой звук. Что будет дальше?
Он поехал через площадь с уже давно закрытыми на ночь прилавками. Не мешало бы найти место, где переночевать. В академию теперь, скорее всего, тоже не пускают. Интересно, куда подался целый полк мальчишек, живших в казармах? Ведь из них далеко не все уроженцы Толлгарда. Неужели Леория правда не понимает, что сотворила?
Был у него один знакомый, у кого можно было остановиться. Младший лейт Петро Дриг снимал квартирку в старой части Толлгарда. Не то чтобы он был хорошим другом, но в постое вряд ли откажет. К тому же им будет, о чем поговорить. А в полночь он пойдет на мост, где они обычно встречались с Надин. Если ей передадут платок, она должна понять, что это значит.
Появлению Доминика у порога своей квартирки Петро не сильно удивился.
– Ты ко мне? – спросил он больше для порядка.
Лис кивнул и, не проронив ни слова, ввалился внутрь.
Петро жил холостяком, и это сразу бросалось в глаза. Особенно после визита к Лангдюру. Доминик не стал разуваться и, аккуратно обогнув кучу какого-то хлама, а может, и вещей, прошлепал на кухню. Здесь он оседлал табурет и, вопросительно глянув на невозмутимого Петро, спросил:
– Чего у вас там говорят-то? Как теперь без головы жить?
Младший лейт пожал плечами:
– А оно, знаешь, Лис, как водится: или новую отрастить, или сдохнуть.