– Еще чего, – буркнула Эри.

Но парень придвинулся еще ближе. Горячее дыхание обдало лицо.

– Ты же дрожишь, я чувствую, а так теплее будет… я же ничего такого...

Эри напрягла мышцы, чтобы унять дрожь. Только вчера вот так парень пытался ее обнять. Правда, сейчас это ощущалось по-другому.

– Ладно, – сдалась она.

Они накрылись двумя одеялами и прижались друг к другу.

– Ух, – выдохнула Эри.

Теплота словно накрыла волной. Парень отстранил рукой ее волосы, чтобы те не лезли в лицо, и закрыл глаза.

* * *

Мутный свет скользил сквозь решетку ставен и падал на одеяло. Эри открыла глаза и, осторожно отведя лежавшую на животе руку, села. Воздух за ночь сопрел, хотелось выйти на улицу. Она не выспалась, но чувствовала себя сносно. Парень рядом развернулся лохматым затылком и уткнулся носом в тряпье, служившее подушкой.

Эри вытянула шею, чтобы рассмотреть его, но кроме темных волос и редкой щетины на скулах, мало что было видно. Решив не тратить время, она подобрала куртку, которой накрывалась поверх одеял, и встала.

Впереди простиралась поляна из человеческих тел. Храпящих, ворочавшихся. Мужчины казались единой массой, и было непонятно, как через нее продираться.

Взяв ботинки в руки, Эри поднялась на носочки. Вот где пригодится умение держать равновесие.

Осторожно лавируя между лежащими, как будто между кочками на болоте, она добралась до двери. Обернулась. Никто вроде не шевельнулся. Стараясь не скрипеть, Эри приоткрыла дверь и юркнула в щель.

Часовой посапывал под навесом. Похоже, за ночь выпал снег. Боясь разбудить его, Эри решила не останавливаться и засеменила по земле босиком.

Спрятавшись за угол дома, она присела и принялась обуваться. Раздался звон колокола. Она торопливо завязала шнурки. Похоже, на лесопилке бьют подъем.

– Эй, что это? – послышался за углом мужской голос. – Чьи следы?

Искать лошадь уже не было времени, и Эри кинулась прямиком в лес, по тропке и к дороге. Больше она никому не попадется, больше никто не будет держать ее в плену.

Ботинки хлюпали по весенней жиже из грязи и снега. Заметив, что никто ее не преследует, Эри сбавила темп. В животе была неприятная пустота, указателей не попадалось, и сколько ковылять до Индорфа – медведь лысый знает!

Но Эри не унывала. Она с улыбкой смотрела на небо – бледно-голубое, прозрачное – и вспоминала паренька с лесопилки. Лежать близко-близко было хорошо. И не потому, что тепло, то есть, конечно, и поэтому тоже, но не только.