«Но в том-то и дело,» настаивала Робин. Если я сдамся, это снимет напряжение с вас двоих. Это отделит опиумную войну от убийства, разве ты не видишь? Это освободит вас...

«Прекратите,» сказала Виктория. «Мы не позволим тебе.»

«Конечно, не позволим,» сказал Рами. Кроме того, это эгоистично — ты не можешь выбрать легкий путь».

«Как это легкий...»

«Ты хочешь поступить правильно», — сказал Рами с уверенностью. «Ты всегда так делаешь. Но ты думаешь, что правильный поступок — это мученичество. Ты думаешь, что если ты будешь достаточно страдать за грехи, которые ты совершил, то тебе будет отпущено».

«Я не...»

«Вот почему ты взял на себя вину за нас той ночью. Каждый раз, когда ты сталкиваешься с чем-то трудным, ты просто хочешь, чтобы это прошло, и ты думаешь, что способ сделать это — самобичевание. Ты одержим наказанием. Но так не бывает, Птичка. То, что ты попадешь в тюрьму, ничего не исправляет. Твоё повешение на виселице ничего не исправит. Мир все еще сломан. Война все еще идет. Единственный способ искупить вину — это остановить ее, а ты не хочешь этого делать, потому что на самом деле все дело в том, что ты боишься».

Робин подумала, что это было крайне несправедливо. Я только пытался спасти вас той ночью».

Ты пыталась снять себя с крючка», — не без злобы сказал Рами. Но все, что делает жертва, — это заставляет тебя чувствовать себя лучше. Она не помогает остальным, так что это бессмысленный жест. Теперь, если вы закончили с великими попытками мученичества, я думаю, мы должны обсудить...

Он запнулся. Виктория и Рами проследили за его взглядом до двери, где стояла Летти, прижав руки к груди. Никто из них не знал, как долго она там простояла. Ее лицо было очень бледным, только на щеках виднелись два цветных пятна.

О, — сказал Рами. Мы думали, что ты спишь».

Горло Летти пульсировало. Казалось, она вот-вот разразится рыданиями. Что такое, — спросила она дрожащим шепотом, — «Общество Гермеса»?

«Но я не понимаю».

Летти повторяла это последние десять минут через равные промежутки времени. Неважно, как они объясняли — необходимость Общества Гермеса и бесчисленные причины, по которым такая организация должна существовать в тени, — она продолжала качать головой, ее глаза были пустыми и непонимающими. Она выглядела не столько возмущенной или расстроенной, сколько озадаченной, как будто они пытались убедить ее, что небо зеленое. Я не понимаю. Разве вы не были счастливы в Бабеле?».

Счастлив?» — повторил Рами. Наверное, никто никогда не спрашивал тебя, мыли ли твою кожу соком грецкого ореха?