Как ты думаешь, мы здесь в безопасности на ночь? спросил Робин. «Я имею в виду — ты думаешь...

«Это не похоже на беспокойство.» Виктория осторожно присела на край кроватки. «Я думаю, если бы они знали, они бы разнесли это место на части».

«Я думаю, ты права.» Он сел рядом с ней. Только сейчас он почувствовал усталость, просачивающуюся по ногам и в грудь. Весь адреналин от их побега улетучился, теперь они были в безопасности, спрятанные в чреве земли. Ему хотелось потерять сознание и никогда не проснуться.

Виктория наклонилась к койке, где стояла бочка с водой, похожей на пресную. Она вылила немного на скомканную рубашку, затем протянула ее Робину. «Вытрись.»

«Что?»

«Здесь кровь,» сказала она мягко. Ты весь в крови.

Он поднял голову и посмотрел на нее, как следует, впервые после их побега. «Ты весь в крови».

Они сидели бок о бок и молча приводили себя в порядок. Они были покрыты поразительным количеством грязи; они сменили по одной рубашке, потом еще одну. Каким-то образом кровь Гриффина попала не только на руки Робина, но и на его щеки, за уши, во впадины на шее и в уши, покрытые слоем пыли и грязи.

Они по очереди вытирали друг другу лица. Это простое, тактильное действие было приятно; оно давало им возможность сосредоточиться на чем-то, отвлечься от всех слов, которые висели тяжелым грузом и не были сказаны. Было приятно не пытаться их озвучивать. Они все равно не могли их сформулировать; это были не отдельные мысли, а черные, удушливые тучи. Они оба думали о Рами, Гриффине, Энтони и всех остальных, кто был внезапно, жестоко вырван из этого мира. Но они не могли коснуться этой бездны горя. Еще слишком рано было давать ей имя, придавать ей форму и укрощать словами, и любая попытка раздавила бы их. Они могли только вытирать кровь с кожи и пытаться дышать.

Наконец, они бросили грязные тряпки на пол и прислонились спиной к стене, друг к другу. Влажный воздух был холодным, а камина не было. Они сидели близко, натянув непрочное одеяло на плечи. Прошло много времени, прежде чем кто-то из них заговорил.

Как ты думаешь, что нам теперь делать?» — спросила Виктория.

Такой тяжелый вопрос, произнесенный таким тоненьким голоском. Что они могли сделать теперь? Они говорили о том, что заставят Бабель сгореть, но, во имя Бога, разве это в их силах? Старая библиотека была разрушена. Их друзья были мертвы. Все, кто был смелее и лучше их, были мертвы. Но эти двое все еще были здесь, и их долг состоял в том, чтобы их друзья погибли не напрасно.

Гриффин сказал, что ты знаешь, что делать», — сказал Робин. Что он имел в виду?