– Полюбовник твой, что ли? – по-прежнему хмуро уточнил Меттей.

Солдаты заухмылялись. Над головой приглушённо орали зрители – тысячи людей, которые излучали всё тот же устойчивый, непробиваемый фон сырой человечьей пневмы. Кадмил мягко улыбнулся.

– Уважаемый ланиста Меттей, – сказал он. – Изволь на пару слов за угол? Неловко как-то при солдатах про такие вещи говорить.

Меттей пожал плечами.

– Стерегите лудия, – бросил он солдатам и шагнул назад, туда, где коридор поворачивал и под углом соединялся с другим коридором.

Кадмил последовал за ним. Здесь тоже был факел, ещё более чадливый и вонючий, чем тот, у лифта. Меттей встал под светом и опять воинственно скрестил руки на груди. Он, верно, ожидал, что Кадмил будет его подкупать. Или обещать какие-нибудь услуги. Или сулить полезные знакомства. Что ещё можно ждать от хорошо одетого господина, которому в голову взбрела любовная прихоть?

Кадмил не торопясь развязал тесёмки, сунул руку в сумку и нашарил рукоять жезла. Пять щелчков почти не были слышны за глухим рёвом толпы.

– Вот что, друг Меттей, – сказал он. – Все большие театры устроены одинаково. Из гипогеума должен быть выход. Тот, куда сволакивают мертвецов. И ты его мне сейчас покажешь.

– Чего это… – начал Меттей.

В следующую секунду он повалился на спину, вопя и держась за ногу. Кадмил быстро сдвинул клавишу обратно, развернулся к проходу. Стражники вбежали – один за другим, коридор был узок для двоих.

Жезл громыхнул. Молния угодила первому стражнику в грудь, вышибла брызги металла из доспеха, отбросила назад. Второй споткнулся о труп товарища, застыл на мгновение, ошеломлённый вспышкой и грохотом. Кадмил выстрелил ему в лицо: шлем разлетелся кручёными бронзовыми лоскутами, безголовое тело отлетело к стене.

Меттей стонал сквозь зубы, не пытаясь встать. Зрители орали, барабаны били. Наверху, разумеется, никто ничего не услышал. Кадмил помедлил немного, ожидая, что появятся рабы, и с сожалением думая, что их также придётся застрелить. Но никто не появился. Тогда он перешагнул через тела стражников, морщась от вони обугленных потрохов, и заглянул за угол.

Рабов и след простыл. Акрион стоял, горбясь, привалившись к опоре подъёмника. При виде Кадмила он выпрямился и вопросительно мотнул головой.

– Пойдём, – сказал Кадмил. – Можно.

Они вернулись в боковой коридор.

– Вставай, – велел Кадмил Меттею, для убедительности хлопнув жезлом того по заднице.

Меттей, хватаясь за стену, поднялся. Ничего особенного, отметил Кадмил, от разряда даже на тоге дырок не осталось.

– Теперь веди к выходу, – сказал он. – К тому выходу, который для мертвецов, смотри, не спутай! А то сам мертвецом станешь.