Потом поели, и Кадмил достал из-под пола свёрток с вещами, которые отобрали у Акриона разбойники. Гнев божий настиг нечестивцев, волшебные дары вернулись к герою. Акрион принял возвращённый меч, надел на шею Око Аполлона, а потом рассказал Кадмилу о своём плане. О плане, что родился в голове, пока Меттей вёл их по гипогеуму к воротам для вывоза мертвецов.

Выслушав, Кадмил заулыбался. «Молодец! – сказал он тогда. – План, конечно, полное говно, никуда не годится. Но ты молодец!»

И они начали работать. Для начала, отринув с десяток вариантов, вывели схему действий – самую простую и потому безотказную. Затем придумали речь, которую надлежало говорить Акриону. Кадмил перевёл её на тирренский, и Акрион до полуночи повторял чужие слова, пока не охрип – чтобы не запнуться в самый важный момент. Потом вызвали на разговор Меттея. Ланиста отвечал коротко и угрюмо, но понял, что от него требовалось, и смирился со своей участью.

На следующий день Кадмил ушёл спозаранку и вернулся, только когда стемнело. Тащил на плече мешок, туго бренчавший набитым нутром. Переступив порог, усталым, но довольным тоном сообщил, что всё вышло как нельзя лучше, и что вот теперь Акрионов план стал неплох. И подлежит исполнению. «Как только это проклятое тело выспится», – добавил он непонятно и тут же захрапел, растянувшись на ложе. Акрион развязал мешок и обнаружил там свёрток дорогой пурпурной ткани, а под свёртком оказался солдатский доспех.

После они менялись всю ночь, чтобы сторожить Меттея, который позарез был необходим для плана. Живым.

И вот теперь время, похоже, настало.

– Пора, – сказал Акрион. – Иначе упустим момент.

Кадмил опрокинул амфору над открытым ртом, ловя последние капли.

– Хорошо, – сказал он, облизнувшись по-кошачьи. – Тогда к делу. Основная трудность – отступление. Уйти нужно будет незаметно и быстро. Потому что вслед могут отправить погоню.

– Ты не сможешь перенести нас по воздуху, или… не знаю, сделать невидимыми? – спросил на всякий случай Акрион.

Кадмил качнул головой:

– Всё хотел сказать… Лучезарный братец Аполлон осерчал на меня. Дескать, слишком часто вмешиваюсь в твои дела. Настаивает на том, чтобы ты впредь справлялся своими силами. Где это возможно.

«Вот оно! Всё верно! Боги смотрят. Боги ждут, когда я сделаю шаг».

На лице Кадмила промелькнуло странное выражение. Такое бывает у юноши, который в палестре подвернул ногу, но старается не хромать. Что ж, у богов – свои пути и свои споры.

– Значит, нужен корабль, – сказал Акрион.

– Корабль есть, – ответил Кадмил небрежно. – Шестнадцативесельный лемб. Называется «Саламиния». Я вчера вечером договорился с капитаном.