Кивнув, я взял со стола один из альбомов и вышел из гостиной.

Уже открыв входную дверь, я услышал, как Валерий Фёдорович громко сказал, что выйдет покурить.

Было понятно, что он хочет пообщаться, и я дождался его.

С удовольствием закурив, он кинул взгляд на альбом:

– Опять собрался в лес? Провожу тебя до калитки.

Подбежавший Гном потёрся о его ногу.

– Гоша, всё хорошо?

– Лучше не бывает.

– Что-нибудь вспомнил?

– Абсолютно ничего.

Валерий Фёдорович достал из пачки новую сигарету.

– Знаешь, я ведь не всегда был генералом,– задумчиво произнёс он,– много лет занимался оперативной работой, в своё время столько побегать пришлось, что до сих пор колени по ночам ноют, так что чутьё у меня не хуже, чем у твоего Гнома.

Я вопросительно посмотрел на него.

– Говорю это потому, что привык доверять своей интуиции, а в последнее время она мне настойчиво подсказывает, что «Системе» осталось недолго заниматься своей привычной работой. Понимаешь, о чём я?

– Понимаю. Вы выполнили мою просьбу?

– Самым наилучшим образом. Поэтому не удивляйся, если среди приглашённых гостей увидишь кого-то из тех, кто тебе не очень нравится.

Похлопав меня по плечу он, развернувшись, пошёл к дому.

Углубившись в лес, я нашёл небольшую поляну, уселся прямо на траву, открыл альбом и начал с интересом рассматривать старые фотографии.

Гном сел за моей спиной и, положив голову мне на плечо, делал вид, что тоже очень интересуется семейной хроникой.

Последний раз я просматривал альбомы в десятом классе, поэтому сейчас неторопливо перелистывал страницы, вспоминая имена и лица своих родственников, большинство из которых никогда не видел.