Ушедшее тревожное чувство тут же вернулось ко мне.

Пока гости располагались за столами, ко мне подошли мои родители.

– Удивительное дело, сынок,– сказал папа,– тут присутствует женщина, очень похожая на нашу семейную спасительницу. Ты не обратил на неё внимания?

– Нет, папа, было не до того.

– Её муж просто вылитый Сталин,– мама поправила мне воротник рубашки,– мы с ними познакомились и пригласили к себе в гости.

– Вот здорово,– сказала Рина,– познакомимся с самим Сталиным!

– Их тут двое,– почесав голову, ответил папа и присел за соседний столик, на котором располагались таблички с именами.

Корабль плавно качнулся и из динамиков послышался мужской голос:

– Капитан и вся команда рады приветствовать дорогих гостей на борту. Мы проплывём мимо всех знаковых мест нашего города, выйдем в залив и полюбуемся Петергофом, а после этого перед нами раскроются все мосты над Невой. Желаем вам отличного вечера и будьте осторожны, мы отчаливаем!

Все зааплодировали, сверху зазвучала музыка и банкет начался.

Первыми говорили родители, за ними нас поздравляли гости, потом все поднялись на палубу, где мы с Риной станцевали первый в нашей жизни вальс.

Смотря на меня счастливыми глазами, она специально наступала мне на туфли.

Я старался отвечать тем же.

Через несколько часов в зале стало довольно душно и, увидев, что Лёля поднимается на верхнюю палубу, я тоже поднялся из-за стола.

– Пойти с тобой?– спросила Рина, проследив за моим взглядом.

– Нет, любимая, я буквально на несколько минут.

Валерий Фёдорович курил, облокотившись на перила.

– Вы не видели, куда пошла Лёля?

– В район задней палубы к музыкантам. Смотри, Гоша, белые ночи уходят. Пусть они заберут с собой все неприятности.

– Уходят,– согласился я, бросая взгляд на огоньки, видневшиеся вдали на берегу.– Как думаете, мы не слишком далеко ушли от берега? Петергоф, вроде, в другой стороне.