– Я опять убью её!

Вокруг заметно потемнело и, бросив взгляд в небо, я увидел, что ещё не зашедшее Солнце максимально приблизилось к бледной Луне.

Оба светила были похожи на два разноцветных глаза, внимательно наблюдающих за нами.

Неожиданно над палубой пролетел тонкий свист и, подняв голову, я увидел на флагштоке маленькую серую птичку.

Посмотрев на меня, она выпустила в воздух новую весёлую трель.

– Соловей,– сказал я, не понимая, каким образом он мог очутиться на корабле.

– Ну?– лицо капитана исказилось от злости.

– Назовите мне хотя бы одну причину, из-за которой я должен отдать Вам флакон,– мне никак не удавалось поймать его взгляд.

– Я знаю пароль.

– Пароль?– переспросил я.

Отпустив Лёлю, он вцепился рукой в свои усы и резким движением оторвал их от верхней губы, бросив на палубу.

– Усы генералиссимуса! Отдай флакон!– сверкнув, топор взлетел над головой Лёли.

– Я убью тебя,– тихо и неожиданно для самого себя произнёс я, чувствуя, как в самой глубине сердца закипает непонятная ярость,– убью и скормлю твоё тело рыбам.

Мне показалось, что он вздрогнул и я, наконец, поймал его взгляд:

– Сыграем?

В его глазах читалось явное недоумение, он опустил руку с топором и в тот же момент я, выпив до дна содержимое флакона, бросился на него.

Уже перелетая с ним через низкие перила парохода, я почувствовал во рту нестерпимое жжение.

Тошнота мгновенно подкатила к горлу, голова закружилась, но мне всё же хватило сил крепко прижать его к себе.

Я упал в воду спиной вниз и краем зрения заметил, как смотрящие на меня глаза моргнули и тут же погасли.

В кромешной темноте я почувствовал на своём горле руку капитана, освободившегося от моих объятий, и понял, что тону.