— А ты чего завёлся? Мы вроде пришли к мировому соглашению…

— Дело не в этом.

— А в чём тогда?

— Понимаешь, на меня давят… Хотят, чтобы я стал клеиться к тебе.

— О, как! — мотнула она головой.

— А я так не хочу.

— Не поняла, — улыбнулась она. — В смысле, я — уродина?

— Нет, всё не так… понимаешь, я не хочу под чью-то дудку, а мать упёрлась рогом…

— Ага, значит, маменька у нас решила дожать с той стороны, с какой твой папенька не смог?

— Ты о чём? — теперь Кирилл не понял её слов.

— Понимаешь… — она не торопясь передала свой разговор с её отцом. — И выходит, что меня пытаются обработать по всем направлениям. Знаешь, а я ведь думала, что ты хуже, чем есть на самом деле. А ты пошёл против их воли, потом мне всё рассказал. Не боишься их гнева? — прищурилась она, склонив голову на бок.

— Если честно, я уже ничего не боюсь и не хочу… Сначала дают команду набрать людей, но ставят рамки. Потом палки в колёса и опять — делай то, не делай это… Потом тебя выдернули сюда, и началась та же байда. Везде сплошные интриги… надоело…

— И что ты предлагаешь? — усмехнулась она.

— Всё будет зависеть от твоих желаний. В смысле — хата, тачка, погоны — это всё важно для тебя?

— Скажем так, это было бы не плохо, но я не шлюха, — покачала она головой. — И если они хотят, чтобы за это я легла под тебя, то на том и закончим моё здешнее пребывание. Только ребят жалко… — Ольга вздохнула — они мне поверили, а тут такое…

— Есть мысль, как это всё обойти.

— Да? Излагай.

— Мама точно не успокоится, — покачал он головой. — Значит, нужно заставить моих предков играть по нашим правилам.

— Мы им не соперники, — снова вздохнула девушка. — Тем более что твой папа работал в ФСБ, а там дураков не держат.

— А мы как будто пойдём у них на поводу, но делать это будем так, как нужно нам. Но это сработает в том случае, если ты ко мне не испытываешь неприязнь.