— Степан Борисыч, а столовую предупредили?

— Естественно. Как и охрану на входе. Поэтому я и озадачился единой формой. Всех, кто без неё больше внутрь впускать не будут, так что не затягивайте с этим делом. Да! Мать начнёт вам помогать с завтрашнего дня. Сегодня кое-какие вопросы утрясём, а завтра…

— Понял, — кивнул Кирилл.

— Товарщ полковник, всё, — доложил один из спецназовцев.

— Отлично, уходим.

Утреннее занятие начала Ольга. После обычной пробежки и нескольких комплексов упражнений она многозначительно посмотрела на Кирилла, который понимающе кивнул и ушёл за оружием. Пока Зубова, Рогова и сама Ольга ходили между остальными, проверяя правильность тренировки растяжки, Степанкова первая заметила, ЧТО несёт Кирилл.

— Ух, ты! А чё, нам дадут оружие?

— Догонят и ещё дадут! — засмеялся Кириенко. — Ты хоть умеешь с ним обращаться?

— А ты?

— Ну, с пистолетом нет, а вот «ксюху» знаю — старший брат у меня в полиции служит, так что доводилось сталкиваться.

— Какие мы умные… — закатила глаза Степанкова.

— Вера, утухни, — нахмурилась Ольга. — Вов! Собрать-разобрать сможешь?

— Угу, — кивнул тот.

— Тогда становись на второй стол и будешь показывать остальным. А я возьму первый.

Ольга не стала заострять внимание на том, что Кирилл и сам не обучен обращению с автоматом — в комнате она вечером сама с ним позанимается. Привычно откинув приклад, она начала разборку АКСУ-74у, поэтапно объясняя его узлы остальным. За всё время до обеда каждый успел попробовать собрать и разобрать его хотя бы по одному разу.

Обеденный перерыв принёс дополнительную информацию по вопросу с эмблемой — в роте оказалось трое человек, ранее посещавших художественную школу. Пока впятером — Степанкова и тут отличилась, схватывая всё на лету, и потому ей доверили присматривать за остальными, спорили и решали, какой быть эмблеме, на третьем и четвёртом этажах люди Степана Борисовича развернули кипучую деятельность по благоустройству комнат — вносились кровати, тумбочки и шкафы, менялись стёкла и врезались замки в двери. Ближе к четырём часам вечера с эмблемой было покончено: в середине овала красовалась настоящая волчья морда с яростным оскалом, которую окружала по всему диаметру надпись «* ПСКОВСКИЕ ВОЛКИ * СДЕЛАЙ ИЛИ УМРИ!» Вот так — кардинально и жёстко. Ни больше, ни меньше. Как морда, так и девиз понравились всем.

30 января 2028 года. г. Псков. Вечер

— Ну, как продвигаются дела в роте у твоего сына? — поинтересовался генерал у зятя. Вечерние посиделки Шаховых-Лемешевых, перед часом «Ч», становились привычкой.