В одном таком нашлась целая горка марргастов. Смаги предположили, что Нигол создавал их на месте, пользуясь доступным «материалом». Степняки, не разбираясь, стащили все сокровища к ладье, туда же отвели истерзанных пленниц.

Едва живые Лиса с поляницей обнаружили тронный зал Горына спустя долгие часы поисков. Меня, полуживого, находящегося в состоянии прострации, женщины унесли наружу, не став допрашивать об участи Радогоста и Нигола. И так все было ясно. Посмертно мой наставник стал героем.

Нет, не так − Героем.

Спасителем Славии, уничтожившим абсолютное зло ценой собственной жизни и заодно спасшим своего глупого бесполезного ученика.

Эпилог

Эпилог

− Мне так жаль, что Борислав не послал подкрепление. Столько всего случилось за время вашего отсутствия. Банда Холодной мамы вновь была замечена на Севере. Люди в княжествах напуганы, говорят, что князь Милован давно мертв. А его дядя усердно скрывал это в угоду не пойми каким силам. Если хотя бы часть из того, что ты рассказал, правда, – то нас ждут темные времена.

Симеон любовно огладил меч-Кладенец, прежде чем повесить его к другим трофеям. Я равнодушно разглядывал потолок его опочивальни, даже не пытаясь подыгрывать. Без разницы, что скажу или сделаю. Верховный наставник вывернет любое слово в свою пользу, у него для практики было больше времени.

− Мне нет смысла врать.

− Врать иногда полезно. Ты ведь понимаешь, что остальные не должны узнать правду о вас с Радогостом?

Этот его тон. Как с собакой разговаривает.

− Конечно, − с безразличием повторил я, наверно, в тысячный раз.

− Пусть он останется героем. Даже лучше, если Рада, а не тебя будут считать избранным Живью. Мертвеца из могилы уже не достать.

− Учитывая особенности наших врагов, звучит весьма смешно.

− Не ерничай, ты понял, о чем я. Так будет безопаснее для всех нас.

− Значит, его лицом вы тоже украсите комнату?

− Конечно! − обрадовался Симеон, точно я спросил о его самочувствии. − Во всю стену: пусть каждый рарог увидит, каким великим героем Радогост был. Красавец, храбрец, погибший за Братство и спокойствие Славии. И никто никогда не узнает, что он был казнен своим учеником за предательство.

− Запомните кое-что – я не его ученик.

Тихая угроза на слепца не подействовала. Он просто лучился умиротворением и благостью. Он получил древнюю реликвию, которую никто не посмел отнять после подвига нашего «брата», припугнул малодушного князя и вернул Братству Тишины прежнюю славу борцов с Тьмой, без которых теперь не обойдется ни одно важное событие.