− Сначала моя награда. Или он, − Наставник наставил Азул на меня, − умрет. Ты же хочешь, чтобы боги тебя отблагодарили за возвращение отары?

− Что вы оба задумали? − спросил я немеющим языком. Тьма арки манила и оттягивала внимание. То ли от жара, то ли от напряжения я слабел с каждой проведенной здесь секундой. Совсем близко было нечто пугающее. Такое же чувство посещало меня во дворце Каша-Данко. За каменной преградой, там, впереди спал Горын.

Сам великий ужас восточных земель.

− Ну, разумеется. Я никогда не вру. Моими устами говорят боги, − улыбнулся Нигол, и у него треснула губа. Темная кровь тонкой струйкой поползла по вялому подбородку к тугому вороту.

− Зато боги врут, − ненависть и потаенная надежда боролись на лице Радогоста, попеременно сменяя друг друга. Держался он лучше меня, хотя возможно это из-за чудесных сил меча.

− Не богохульствуй, твоя дочь уже рядом… Семя, лови!

По приказу Нигола красная тварь рванула вперед и выхватила меня из рук Радогоста, прижав к горячему мраморному полу. Пояс с оружием, включая такую ценную, нужную секиру, отлетел прочь.

Безумный пророк вздохнул и откинул ткань савана, обнажив желтоватые кости, торчащие из насыпанной земли.

− Осталось лишь собрать ее воедино. Живь для живи. Одну жизнь для возвращения другой.

− Да знаю я про твои условия! − заорал наставник, отчего меч мелко затрясся в его руках. − Хватит болтовни! Я подписал твой треклятый договор! Мальчишка здесь, так возвращай Рилу!

Нигол нехотя кивнул.

− Уже. Я забрал живь у той мерзкой плоти, − Он дрожащей рукой указал на труп огнедышащего змея. − Процесс займет немного времени. В ином случае это заняло бы дни, но ты заслужил поощрение. Предал свое Братство, чтобы привести сюда избранного, прятал доказательства, подчищал следы…

− Заткнись, − нервно приказал наставник, опускаясь на колени перед кучей костей под саваном.

− Вы, похоже, тут все безумцы.

Я корчился под мощными лапами зверя Тьмы, точно бессильный червяк, и тогда Нигол подошел ко мне.

− Нет ничего безумного в желании спасти свой дом. Грядет великое Ничто, а наши боги ослабли. Отара потеряла веру в них. Я возвращу ее!

− Как? Убивая и манипулируя всеми? Или искушая мерзкими сделками!

− Возвращая Эру Волка в Славию, − снисходительно, как ребенку, объявил он. − Только злой волк заставляет вас взывать к богам. И только он вернет на путь истинный. Но под новую тьму нужно освободить место. Изначальные дети Нави являли собой олицетворение божьего гнева: огонь, гниение, порок. Змей Востока, Северный Раб и Мать Запада. Но они слишком тесно слились с этим миром, понимаешь? Очеловечились и искусились его благами.