Фогг с невозмутимым видом извлек магнит и устройство, отсоединил магнит, нажав на заводную головку часов, к которой он крепился, спрятал в карман исказитель, а затем снова опустил магнит в шахту и достал револьвер.

– Где вы раздобыли этот нож? – спросил он.

– У человека, которого спас от крокодилов, – ответил Паспарту. – Но, увы, бояться ему нужно было не рептилий, а нашего толстокожего.

С этими словами он указал на то, что осталось от несчастного после того, как он оказался на пути Киуни. Слон перестал бегать, но по-прежнему трубил и выглядел угрожающе. Его ноги, хобот и бивни были забрызганы кровью.

– Чудесно, – сказал Фогг, и Паспарту улыбнулся, довольный похвалой.

– В цирке я научился не только делать сальто и ходить по проволоке, сэр.

– Разумеется.

– И что, позвольте вас спросить, сэр, мы будем делать теперь?

– Во дворце присутствует очень опасный человек, – ответил Фогг. – Если бы он сейчас находился в Лондоне, то там его можно было считать самым опасным человеком. Как и в большинстве других мест. Его нужно убить, но теперь это невозможно. Если мы сию минуту не вернемся обратно, то сами погибнем. Однако вместе с тем…

– Да, сэр?

– Не обращайте внимания. Нельзя слишком полагаться на случай. О, я вижу, как солдаты выбегают из арок. Скорее залезайте на слона.

– Без веревочной лестницы, сэр? И потом, у него такой вид, что он вряд ли позволит это сделать, даже если бы у нас была веревочная лестница.

– Если он не позволит, мы покинем это место без него.

Фогг достал из кармана еще одни часы. Он настроил их, а затем поместил магнит между этими часами и исказителем. Теперь все три предмета были объединены одним магнитным полем. Он опустил их на несколько дюймов в шахту. Чтобы удержать эти три предмета от дальнейшего падения, нужно было другой конец шнура к чему-нибудь привязать, и единственным вариантом стал растоптанный слоном труп. Но у Фогга не было времени подтащить тело к шахте и закрепить на нем шнур. Под куполом прогремели первые выстрелы. К счастью, воины Бунделькханда оказались слишком взволнованы, а возможно, просто плохо стреляли – как и многие представители местных племен, не умевшие в те времена толком обращаться с оружием. Кроме того, винтовки имелись только у пятерых, остальные были вооружены гладкоствольными фитильными ружьями, не отличавшимися особой точностью стрельбы. Но чем больше их прибывало, тем становилось вероятнее, что они попадут в цель. К примеру, в слона пули могли угодить, даже если бы они специально не целились в него. И тогда раненое животное могло наброситься на двух путешественников, не оставив им других шансов на спасение, кроме как прыгнуть в бассейн.