Прибыв на место, Паспарту спустился со слона, выкопал свои часы, отряхнул их и снова закрепил на цепочке.

Пока они медленно взбирались вверх по склону, Паспарту спросил:

– Сэр, вы позволите задать вам вопрос?

– Конечно, – сказал Фогг, – хотя, возможно, я и не имею права отвечать на него.

– У вас оказалось при себе очень много необычных часов.

– Это наблюдение, а не вопрос.

– Но где вы раздобыли эти смертоносные часы? Я и представить себе не мог, что они были у вас. Вам ведь никто не подбросил их в дороге?

– Они хранились в моем письменном столе. Для человека, живущего строго по часам, вполне закономерно иметь несколько хронометров про запас.

– Но как вам, сэр, удалось взять их с собой так, что я ничего не заметил? Ведь я очень наблюдательный.

– Они с самого начала были у меня в жилете.

– А! Но если бы какой-нибудь любопытный капеллеанин обнаружил их и открыл, чтобы исследовать?

– Первые же часы, с которыми он попытался что-нибудь сделать, взорвались бы у него в руках.

– Но сэр, я ведь тоже мог найти их и из любопытства…

– В таком случае, вы убедились бы, что иногда не стоит совать нос не в свои дела.

Паспарту ненадолго замолчал. Он вытер пот с лица, а затем спросил:

– Что случилось с исказителем раджи? Вы подсоединили к нему бомбу?

– Которая должна взорваться сразу же, как только мы перенеслись оттуда.

– Значит, теперь мы вернемся в Лондон? – радостно воскликнул Паспарту. – Мы убили одного из главных капелеан и уничтожили их исказитель.

– Это уже третий вопрос, а вы обещали задать только один.

И снова повисла пауза. Вдали послышался рык леопарда.