Мы спустились к ручью. Тут мой организм вообще забастовал.

— Не могу, — сказал я, — дай чуть передохнуть. Пока ехал, даже не чувствовал, как устал. А здесь… Не могу.

— Нефиг расслабляться.

Влад закинул мою руку себе на плечо, чуть присел, распределяя вес поудобнее. Сказал задорно:

— Не дрефь, я сам боюсь.

Он подтащил меня к мосткам, прицелился поставил напротив темных досок.

— Ты, главное, ногами шевели и мне не мешай.

Мостик был узенький, самое большей на одного. Вдвоем по нему никак было не разойтись. Я хотел спросить, как он себе это представляет. Но Влад разрешил мои сомнения. Он попросту прошлепал по воде, таща меня по сухому.

Благо ручья того было всего три шага. Мы выбрались на берег. Влад похлюпал пальцами в мокрых кроссовках. Сказал с сожалением:

— Вера меня убьет.

Я рассмеялся.

— Так какого хрена ты поперся в воду в обуви.

Парень зыркнул виновато, признался:

— Пиявок боюсь. С детства.

Я к пиявкам тоже не питал добрых чувств. Правда, вовсе не был уверен, что они здесь водятся. Остаток пути преодолели примерно также. У соседской калитки Влад меня сгрузил, прислонил к забору. Сказал:

— Дальше как-нибудь сам. Я сзади пойду.

Я хмыкнул:

— А что так? Или боишься Макарушку?

Влад притворно вытаращил глаза.

— Нет что ты, он же душка. Просто, не хочу, как те бедолаги, купаться в выгребной яме. Я, понимаешь ли, уже мылся сегодня. Мне лишние водные процедуры противопоказаны.