Они ждали, пока их догонят Валья, Крис и Адам. Ждали — а сотни статистов Преисподней тем временем бросались на них с мечами из дерева, из картона... порой, впрочем, из стали.

— Это же бутафоры, — крикнула Верджинели Искра.

— Да, вижу, — крикнула в ответ Верджинель. — Но не все.

Просто кошмар. Как Искра ни старалась, она никак не могла отличить настоящее оружие от бутафорского. А обитатели Преисподней разницы, похоже, не замечали.

Они влетели в ворота «Фоке». Крис был тяжело ранен. На левой задней ноге у Вальи красовался глубокий порез. Робин придерживал Змей, который и сам получил несколько серьезных ранений.

Конел испытывал страшную отрешенность. Он стрелял в нападавших на него людей — но при этом ему не казалось, что он стреляет в нечто реальное.

Проскочив ворота, они устремились прямиком к лесу. Орды Преисподней их преследовали.

Затем они остановились, обернулись и стали смотреть, как прибывший точно по графику оркестр медных духовых начинает косит врагов сотнями.

— Стойте! — разом закричали все. — Погодите, не надо! Они не вооружены!

Постепенно, с изумлением и ужасом на лицах, триста титанид замедлили кровавую косьбу, поняли, что происходит... и отступили. Солдаты Преисподней бесцельно толклись вокруг да около. Казалось, большинство из них просто удирали от того, что показалось им вторжением изнутри.

Конел вспомнил, как многие из этих людей бежали. Ворота наружу, должно быть, казались им безопасным выходом.

Спрыгнув со спины Рокки, Конел опустился на колени. И стал раскачиваться взад и вперед, пытался вызвать рвоту. Потом почувствовал, как его обняли за плечи, и повернулся покрепче ее обнять.

Но это оказалась не Робин, а Искра. Она тоже плакала. Конел обнял ее, а потом они вдвоем поспешили к Робин.

Им как раз хватило времени выяснить, что никто не получил смертельных ранений — хотя кровью истекали все, — когда земля вдруг ушла у них из-под ног.

Двадцать оборотов Великое Колесо Геи вибрировало.

Хуже всего пришлось в первые три-четыре. Много людей полегло в первую волну, когда лопнула жила. Большинство из них составили обитатели Преисподней, где рушились здания. Но и многие из армии Сирокко были тяжело ранены во время толчков.

Затем, во время четвертой резонации, лопнула жила в Тефиде — и следующие три толчка вышли очень скверными — хотя и не такими скверными, как самые первые.

В конце концов все успокоилось. Еще многие килообороты внутренняя часть обода была полна висящих в воздухе пылинок, но колесо нашло новое равновесие. Где-то Офион побежал быстрее, где-то — медленнее. Несколько озер появилось, несколько пересохло. Немало тысяч акров заняли две трясины, а пустыня Тефиды — которая, в отличие от Мнемосины, всегда была пустыней, — раздвинулась на десяток-другой метров во все стороны.